Семену я сказал, что кот нашелся.
— Поздравляю, — заулыбался он. — Ну беги на автобус, родители небось волнуются.
— Ничего, я позвонил, — успокоил я Сему. Однако спешить мне и правда было надо. Так что, попрощавшись и поблагодарив его за гостеприимство, я покинул Семину пятистенку. Он, правда, вызвался меня проводить, но я возразил:
— Что я, маленький, что ли?
— И то верно, — согласился Семен.
Вернувшись на нашу дачу, я покормил кота вареной рыбой вместе с бульоном и стал собираться. Мне необходимо было одеться потеплее. Перерыв шкафы, я нашел там два моих старых свитера и оба напялил под куртку. Там же я нашел тренировочные штаны и поддел их вместо кальсон да еще поверх них брюки от спортивного костюма, да еще джинсы — еле налезли. Теперь я чувствовал себя, как лук или капуста. Только теплых носков не было на даче, поэтому я просто надел три пары. Затем я разыскал фонарик и взял еще в шкафчике на кухне банку тушенки. Перочинный нож у меня всегда с собой. Банку и фонарик я сунул в карманы куртки. Потом снова запер кота в комнате, включил ему на ночь масляный электронагреватель и покинул наш дачный дом.
ГЛАВА XII Ночная прогулка с продолжением
Я ехал в зоопарк. Эта мысль пришла мне в голову по дороге к Семиному дому. Другого такого случая побывать в зоопарке ночью мне наверняка больше не представилось бы.
Провести ночь на улице я не боялся. На этот счет у меня уже был некоторый опыт. Прошлым ноябрем я просидел ночь в разрытой могиле, когда ловил призраков в деревне Светкиных предков. Бывало и такое. Тоже стояли морозец. Только тогда я не был так хорошо экипирован, да и банки тушенки с собой не захватил.
По времени я успевал. Последний автобус из Узорова в Москву отошел ровно в десять, и я был в нем единственным пассажиром. На «Молодежной» в одиннадцать я пересел на метро. Стало быть, у зоопарка я окажусь около двенадцати. И еще будет рано. На территорию через Лешкину дырку я рассчитывал проникнуть попозже, когда охрана совершит свой первый обход, и Шаман выйдет на ночную прогулку. Если, конечно, выйдет, но это-то я и собирался проверить.
Больше всего я боялся, что меня остановит милиция и потребует документы, которых у меня не было. Или не дай бог задержит в зоопарке охрана. Вот будет номер, если я попадусь вслед за Лешкой.
Я бродил по Беговой неподалеку от памятника мужику с гранатой, выжидая нужное время. Пока ко мне никто не приставал, но беспокойство не покидало меня. Уже дважды мимо, но не рядом, проходили милиционеры. Сначала двое, потом трое. Пока не рядом. Да еще я за лоток прятался. А что будет, если они меня заметят? Наверняка спросят документы. Тогда все.
Кроме милиции, на улице было еще немало народа. Встречались компании по несколько человек, обычно навеселе. Одинокие личности подходили к ночным лоткам за сигаретами и спиртным. Кто-то, несмотря на поздний час, еще гулял с собаками. И конечно, бомжи. Они еще не расползлись на ночь по чердакам и подвалам. Пропивали дневные сборы, собирали брошенные бутылки. Если б я появился в этот раз на Беговой в том же наряде, что и неделю назад, бомжи небось приняли бы меня за своего. Наверное, погнали бы, как конкурента.
Тяжело ждать чего-либо, особенно ночью. Чтобы не было так муторно, я тоже подошел к действующему лотку и купил пакетик орешков, все-таки веселее. Затем я пристроился с ними в тени дерева за афишами и принялся обдумывать свой план проникновения в зоопарк.
Конечно, забраться я мог туда Лешкиным путем без труда. Но так же легко я мог попасться в лапы охраны, едва ступив на территорию зоопарка. И где гарантия, что под напором родителей вкупе с Мариной Николаевной Лешка не открыл им свой потайной ход? Нет, надо было что-то придумать, чтобы не повторять ошибок «доктора Ватсона».
Задумавшись, я и не заметил, как ко мне приблизился наряд милиции из двух человек. Правда, они шли по освещенной фонарем части улицы, с другой стороны афиш, и пока еще не раскрыли моего убежища.
— Холодно что-то, — сказал один из них, когда менты поравнялись со мной и остановились за афишей так, что я видел их сапоги.
— Да как всегда, — равнодушно возразил другой.
— Да ну. Уже пять дней, как весна наступила, а все мороз.
— А чего тебе? Вот пригреет, все развезет, по грязи таскаться будем.
— Уж лучше по грязи. Холодно. Слушай, пошли к Таньке, чайку попьем.
— К какой Таньке?
— Ну, в палатке у того входа, помнишь, в пятницу были? Сегодня она ночью работает, я точно знаю.
— Ах эта? Пошли.