Майя рухнула обратно на стул и, закрыв лицо ладонями, разрыдалась.
– Стисняюсь спросить, – поинтересовался Родионов, – это ты так радуешься?
Она, не отрывая ладоней от лица, быстро кивнула в знак согласия.
Он легонько прижал её к себе и посетовал:
– Ну, как понять этих женщин? Грустят – плачут, радуются – тоже плачут. Голова кругом.
– Кстати, – вступил в разговор Аркадий, – какого лешего нашего парня занесло в Центральную Америку? Места поближе не нашлось?
– Всё просто, – улыбнулся Алексей. – Местный царёк нам немного задолжал, вот и расстарался. А когда вы увидите тамошние красоты, то перестанете задавать подобные, глупые вопросы.
Успокоившись, Майя неожиданно сказала:
– Я недавно ездила в Нижний Кочергат, хотела с Чёрной поговорить. Думала, может, она что подскажет, где Дениса искать. А её уже давным-давно нет, уехала. Дом пустой стоит, заброшенный. Местные боятся его занимать. Я и подумала, что рухнула моя последняя надежда, а тут Алёша! Как тут не заплакать? И вообще, дай-ка я тебя поцелую.
– Целуй, – радостно согласился мужчина. – Для невесты друга ничего не жалко.
Настроение у всех резко улучшилось, и только Лариса выразила беспокойство, как перенесет дорогу малыш.
– Он же потомственный десантник! – радостно воскликнул Алексей. – Для него небо – дом родной. Не переживай, милая.
В эту новогоднюю ночь вся компания дружно встретила рассвет. О том, чтобы лечь спать, не было и речи.
– А вдруг он куда-нибудь опять умчится, пока мы до него добираемся? – никак не могла успокоиться Майя. – На лечение, или ещё куда.
– Никуда он не денется, – успокоил её Алексей. – Я же сказал, что обратился к профессионалам, а у них там проплаченный информатор. Так что мы будем в курсе любых его передвижений. На данный момент он на месте и никуда не собирается.
– Всё равно, мне не верится, что скоро его увижу. А вдруг он не рад мне будет?
– Тогда мы его заново убьём, – пообещала Лариса.
– Не надо, – округлила глаза Майя, – Я просто хочу, чтобы он был счастлив. Денис это заслужил. И если я вдруг помешаю…
– Послушай, Майя, – перебила её Лариса, – хватит наводить тень на плетень. Решили. Собрались. Летим. А там видно будет… И вообще, хватит реветь! Ты же его отпугнешь своими слезами еще до встречи! Представь, прилетаем мы, а он, увидев тебя всю в слезах, думает: "О, нет, только не это! Опять двадцать пять!" И сбежит куда подальше, на какой-нибудь необитаемый остров.
Все засмеялись, и Майя, вытерев слезы, попыталась улыбнуться.
– Ладно, ладно, – пробормотала она, – постараюсь не плакать. Но я так волнуюсь!
– Волноваться – это нормально, – подмигнул ей Аркадий. – Главное, чтобы волнение не переросло в истерику. А то нам придется тебя успокоительные пилюли пичкать всю дорогу.
– Да, Майя, держи себя в руках, – поддержал его Родионов. – Мы же летим не на похороны, а на встречу с другом! И, между прочим, в Карибский бассейн! Так что, давай, соберись!
– Хорошо, – кивнула Майя, – я постараюсь.
– Вот и отлично! – воскликнул Алексей. – А теперь давайте лучше обсудим, что мы будем делать, когда доберемся до Дениса. У меня есть несколько интересных идей…
И они принялись обсуждать предстоящую поездку, строя планы и предвкушая встречу с другом. Майя, хоть и продолжала немного волноваться, чувствовала, как в ее сердце постепенно поселяется надежда. Надежда на то, что все будет хорошо, и что она наконец-то сможет увидеть Дениса счастливым. И, может быть, даже стать частью этого счастья.
Глава 32. Другой мир.
Попасть из минус тридцати в московском Шереметьево в плюс тридцать в Гаване — ощутимый стресс. Но мысль о том, что на обратном пути всё будет наоборот, то в данный момент глупо жаловаться на жизнь. Девять с половиной тысяч километров от Москвы до Гаваны были преодолены за тринадцать часов. Если же учесть предшествующие шесть часов в воздухе из Иркутска, становится понятно, с каким облегчением все восприняли окончание перелёта. Весело переговариваясь, они разместились в заранее заказанном роскошном автобусе и отправились в отель, мечтая привести себя в порядок и отдохнуть после утомительного путешествия. За затемнёнными окнами мелькал незнакомый и яркий мир, настолько контрастирующий с привычными зимними пейзажами России, что невозможно было отвести взгляд. Отель, построенный ещё американцами, поражал своей помпезностью и необычным дизайном.
Утром, отдохнувшие и посвежевшие, все собрались в баре, чтобы обсудить дальнейшие действия.