— Ни звука, — прошептал он ему на ухо.
Видно, командир обнаружил в бинокль преступника и не хочет его спугивать. Дедуля сообразительный, как только здесь заварится каша, он мигом хлопнется на траву, чтобы не схлопотать пулю. Хохолач между тем направился к речке. Метрах в тридцати от них он нагнулся, а когда снова выпрямился, все увидели у него в руках три великолепных подосиновика. Он очистил их ножом, положил в корзину и спокойно стал приближаться к проволоке, продолжая шарить по земле взглядом. Когда он приблизился к заграждению метров на двадцать, капитан Странский кивнул Ладе Новотному.
— Стой! — крикнул Ладя и направил на старика автомат. Его крик эхом разнесся по лесу. Однако Хохолач повел себя странным образом. Бросив велосипед, он пригнулся и побежал к реке.
— Стой, стой! — повторил Ладя.
Видя, что старик продолжает бежать, он дал ему под ноги две очереди. Хохолач залег, но потом неожиданно приподнялся на колено, размахнулся…
— Укрыться! — крикнул капитан Странский. Раздался сильный взрыв. Граната не долетела до них метров десять.
— Итальянская осколочная граната! Сейчас ты отпрыгаешься, старикашка, — нахмурился капитан.
Не успел он подать команду, как раздался второй взрыв, на этот раз у заграждения. Когда дым и пыль рассеялись, Ярда увидел, что половины столба с изоляторами и проволокой как не бывало. В заграждении образовалась дыра. Хохолач устремился к ней. Гадек и Ладя открыли огонь почти одновременно. Пули вновь взбили фонтанчики земли перед стариком. Тот упал и пополз к отверстию, словно ящерица. Приходилось просто диву даваться, откуда в старом человеке столько прыти. Потом заработали автоматы проводников собак. Хохолач лежал невдалеке от границы, боясь пошевелиться. С того места, где он укрывался, раздался выстрел из пистолета, потом второй. После каждого выстрела дед Хохолач перекатывался к проволоке. Один проводник продолжал вести огонь, а другой пустил собаку. По коричневому пятну на груди Ярда определил, что это Брит, лучшая собака в роте. Брит подполз к Хохолачу и мощным прыжком бросился на спину старика. В одно мгновение рука, державшая пистолет, оказалась в его пасти. Тренированная овчарка резко дернула ее на себя, и пистолет, пролетев несколько метров, упал в траву. Хохолач завыл от боли. Оба проводника бросились к нему, держа автоматы наготове.
— Уберите этого зверя, прошу вас, — умоляюще произнес перепуганный Хохолач.
Ярда не узнавал деда. Теперь он наконец понял, кто такой Клехта и кто такой Антал. Старик едва шел, трясясь всем телом. Шел человек, который пытался убить Ярду…
— Объявите конец операции! — приказал командир радисту.
Рота встречала участников операции необычным оживлением, «беспроволочный телеграф» уже, по всей вероятности, сообщил новость. Пограничники везли пойманного агента, а это уже кое-что значило. Это не обычный контрабандист! Раненым Хохолачем занялся доктор, которого уже вызвал надпоручик Мелузин. Прокурор ждал в кабинете командира. Вероятно, он предварительно ознакомился с ходом операции, поэтому его удовлетворило короткое сообщение о ее результате.
Только все расселись, как из деревни прибыл дежурный прапорщик и возглавляемая им группа. По его довольному лицу можно было заключить, что группа успешно справилась с задачей.
— Товарищ капитан, следы мы все же обнаружили. Они вели вдоль речки к саду Хохолача. Там преступник перелез через забор за сараем и очутился прямехонько во дворе. Поэтому мы и не могли так быстро найти след. Ариана. опознала сапоги. Это был Хохолач.
— Хорошо, прапорщик. А что вы нашли?
Прапорщик ждал этого вопроса. По его знаку долговязый свободник положил на стол чехол из прорезиненного брезента, обмотанный крепким шпагатом. По виду можно было сразу заключить, что в чехле находится винтовка.
— Ариана обнаружила ее под крышей над задней стенкой крольчатника. И след, ведущий через забор, обнаружила также она, — подчеркнул он.
— Хорошо, — сказал командир.
Он размотал шпагат и снял чехол. Все увидели немецкую мелкокалиберную винтовку с оптическим прицелом. Вслед за винтовкой была извлечена и коробочка с патронами. Капитан Гавран осторожно открыл ее.
— Немецкая, еще с войны. Долго же лежали эти патроны. — Он посмотрел на Ярду.
— Уверен, что лаборатория подтвердит их идентичность пуле, найденной в саду Урбанека, — произнес Маришка. Он отодвинул винтовку с патронами на край стола, чтобы освободить место для содержимого корзины Хохолача.
Сверху в ней лежали отличные грибы, среди которых выделялись красавцы подосиновики. Под грибами оказалась банка из оцинкованной жести, почерневшая от времени. По краям крышки была видна пайка.
— Откройте, — разрешил прокурор.
Свободник из автомастерской быстро вскрыл банку.
В ней лежали различные драгоценности, несколько пачек иностранных денег и чековая книжка. Здесь были доллары, швейцарские франки и еще какие-то банкноты. Куча драгоценностей представляла собой целое состояние — перстни и кольца, сверкавшие различной величины бриллиантами, рубинами, другими камнями, колье с подвесками, серьги, цепочки… Рядом с явно старыми украшениями лежали вещи довольно новые. Гавран перелистал чековую книжку и сосчитал деньги в иностранной валюте.
— И сколько получилось? — поинтересовался прокурор.
— Точную сумму сказать вам не могу, так как не знаю современного курса, к тому же некоторые банкноты уже вышли из обращения. Но, думаю, этого было бы достаточно на хорошую виллу в Швейцарии, шикарный автомобиль и безбедную старость.
Они сложили драгоценности и винтовку на столе, командир добавил к ним пистолет Хохолача — девятимиллиметровый «штейер», и капитан Маришка принялся за составление списка вещественных доказательств.
— Что вы думаете о происхождении этих драгоценностей? — обратился прокурор к Гаврану.
— Ранее мы уже встречали подобные коллекции, что может подтвердить капитан Странский. В свое время здесь орудовали золотоискатели. Видимо, Хохолач нашел сокровища, замурованные в одном из домов, которые оставили немцы. Что касается новых ювелирных изделий, то мы отдадим их экспертам — пусть установят, где они были сделаны. Если они чехословацкого производства, значит, Хохолач получил их от людей, которых перевел через границу.
— Эта версия вполне вероятна, — согласился прокурор. — Иностранная валюта могла быть платой за сотрудничество, как и чековая книжка. Полагаю, что преступление налицо. Составьте краткое заявление об аресте, я его подпишу, и мы отвезем Хохолача в камеру предварительного заключения.
Оказалось, что предусмотрительный Гавран уже подготовил такой документ. Прокурор тут же его подписал.
— Как же вы все-таки на него вышли? — спросил он.
— Один наш вездесущий и чересчур любопытный человек, — Гавран посмотрел на Ярду, — узнал от местного лесника, что после войны сюда вернулся всего лишь один старожил, но настоящего имени его мы не знали. В свое время он будто бы обидел многих людей. Мы обратились к бывшим жандармам и таможенникам. К счастью, сохранилась книга записей местного жандармского отделения. Она находится у меня в качестве вещественного доказательства. Хохолач, прозванный Клехтой, выдавал местных контрабандистов. Бывший начальник отделения подтвердил мне это письменно.
— Он, конечно, знал контрабандистские тропы и проводил по ним людей в Австрию.
Раздался стук в дверь. В кабинет заглянул доктор.
Заходите, — пригласил его командир. — Как чувствует себя задержанный?