Так что пока правительственная комиссия заседала, в шатер доставили утренние газеты всех миров и направлений с громадными шапками:
В газетах уже не шла речь о зарождении галактик на подпространственных мелях на благо сельского хозяйства — передовые статьи были посвящены спонтанно возникающей нечистой силе в образе ВРИО коменданта с подточенной червями кольцеобразной структурой вместо мозговых извилин. Вопрос ставился ребром: до каких пор судьба Вселенной будет зависеть от таких вот штабс-тыловых пней и когда наконец мы научимся думать?
И много других обидных для правительственной комиссии намеков.
Бродяги, подкрепившись с утра ошметками картошки, которую они всю ночь чистили для фронтовой полевой кухни, пришли в хорошее настроение, сбегали к саперам за краской (те, в свою очередь, украли краску у экспертов, метивших ею одиночные мохнатые бозоны, вылетающие из галлюцинаторного квазара, куда медленно дрейфовала баржа с консервами и со Стабилизатором, вокруг которого в виде спутника вращался пуд соли…), так вот, раздобыв краску, бродяги бросили жребий, растянули одного из своих товарищей на подрамнике и написали на нем корявый лозунг:
А тот, на ком писали, извивался и хихикал от щекотки.
10
И в самом деле, куда же смотрела правительственная комиссия?
Она смотрела сначала в газеты, а потом на ВРИО коменданта, вызванного в шатер для объяснений.
Светало.
Бел Амор зевал в омуте вторые сутки. Эксперты, закончив читать заключение и наскоро перекусив морожеными червяками, собирались перейти к рекомендациям «по предотвращению…», а правительственная комиссия, вконец запутавшись в утренне-вечерних новостях, рекомендациях и особых мнениях, расслабилась и сурово взирала на ВРИО коменданта… какое-никакое, а развлечение.
Душитель свободы печати ничего не мог объяснить. Он заблудился в трех придаточных предложениях, с надеждой взглянул на Шефа, сидевшего рядом с председателем, и пустил смолистую слезу, предчувствуя понижение в должности, — в самом деле, как объяснить, почему он посадил на армейскую гауптвахту ни в чем не повинного человека… то бишь, своеобразного фоторепортера? Председатель правительственной комиссии (министр окружающей среды — хороший, но вспыльчивый одноглазый мужик из семейства разумных мотоциклопов, у которых вместо крови бензин, а вместо сердца пламенный мотор), оглядев ВРИО коменданта и убедившись, что тот соответствует характеристике, завелся с пол-оборота и чуть не взорвался — его вывели из шатра в открытый космос и под улюлюкание бродяг с трудом отдышали двумя подушками с углекислым газом.