- Тот, кто это сделал, дорого заплатит,- тихо проговорил Хольмберг.
Подошли санитары с носилками.
- Он жив? - спросил один. Белый халат его был забрызган кровью, кровью жертв автомобильной катастрофы.
- Да,- ответил Улофссон.- Жив… Пока…
Они долго смотрели вслед «скорой», которая за поворотом набрала скорость и опять включила сирену. Человек двенадцать соседей толпились вокруг.
- Кто из вас видел, как все произошло, или что-то знает о случившемся? - спросил Улофссон.
Люди загудели, качая головами.
- Нет,- сказал, наконец, седоватый мужчина.- Я слышал только крики и плач. Сперва я подумал, что это ребенок… но звуки были до того странные, что я
выбежал на улицу посмотреть. И увидел Соню… и Бенгта… Потом вышла моя жена, и я велел ей вызвать «скорую» и полицию. А потом мы стали ждать… Это было ужасно: она стояла на коленях, уткнувшись лицом ему в спину, плакала и кричала… А собака лизала его руку… Кошмар… После подошли остальные…- Он неопределенно мотнул головой.
- Остальные соседи? - уточнил Хольмберг.
- Да,- сказал мужчина.- Они подошли… позже…
- Никто из вас не слышал выстрела?
В толпе опять прокатился гул, потом заговорил тот же человек.
- Я слышал грохот. Но ведь и тридцатого апреля, и первого мая было столько треска и грохота. Два вечера подряд сплошная пальба да фейерверки. Привыкаешь помаленьку. Я даже как-то не обратил внимания.
- И больше никто не слышал?
- Мне показалось, что звук странный,- признался молодой парень.
- Ваше имя?
- Лейф Эльмёр.
- Так что же вы подумали?
- Вроде похоже на выстрел.
- И как вы поступили?
- Выглянул наружу, но ничего не увидел, только деревья в саду.
- Вот как?
- Я живу вон там, снимаю комнату с полным пансионом. Я сидел и читал, потом услыхал грохот, подошел к окну, поднял жалюзи и выглянул. Но мои окна выходят в сад, и я в глубине души знал, что ничего не увижу. Ведь такой звук невозможно локализовать. Выглянул-то я просто из любопытства, а еще потому, что надоело зубрить… в основном по последней причине. Мне в голову не пришло…