Как бы ни было, это безумие не могло долго продолжаться: к концу недели я почувствовал, что начинаю сходить с ума от постоянных и однотипных чужих мыслей в своей голове. Непрекращающиеся «Ну где же он?», «Куда он пропал?», «А вдруг с ним что-то случилось?!», «С ним точно случилось что-то плохое, иначе он давно бы уже появился!», «Почему он не отзывается?!», «А вдруг он умер?!!!» и не думали заканчиваться, а лишь прибавлялись и усиливались с каждым прожитым днём. Я понял, что больше так не могу, и должен хоть как-то её успокоить, а то моя бедная голова в очередной день не выдержит и взорвётся!
Я решил показаться Мари, чтобы она увидела, что я живой и со мной всё в порядке, а потом как можно скорее вернуться в лес. Не откладывая своё решение на потом, я направился в сторону людской деревни. Из мыслей девушки мне было известно, что она сейчас сидит на своём привычном месте на опушке леса, и это было для меня удобнее всего.
Однако по мере приближения к дому Мари, я заметил, что её мысли становятся всё тише и тише, хотя и не исчезают окончательно. Это было для меня неожиданностью: неужели она решила уехать? Без меня? Я ускорил свой бег.
Каково же было моё удивление, когда я выбежал из леса недалеко от бревна-скамейки и заметил девушку сидящей там и уставившейся в одну точку. А самое удивительное было то, что я не слышал ни одной её мысли! Это было такое облегчение! Вместе с тем я обратил внимание, как подруга похудела и побледнела с момента нашего расставания, и острое чувство вины затопило меня: «она и правда сильно переживала за меня всё это время, наверное, она права, я - «бесчувственный кретин». Может стоило ей раньше показаться?.. Нет, это слишком опасно: если со мной что-то будет не так, пострадает в первую очередь она. Лучше потихоньку уйти, пока она меня не заметила, ведь (какое счастье!) я больше не слышу её мыслей».
Я попятился и бесшумно нырнул обратно в лес. Но радость моя была недолгой: по мере увеличения расстояния между нами, мысли Мари снова начали просачиваться в мою голову, становясь всё громче, будто кто-то специально прибавлял звук!
«О, как же меня всё достало!!» - с отчаяньем подумал я, от расстройства постучавшись головой о ближайшее дерево. - «Придётся, всё же возвращаться, а то мы так оба с ума сойдём».
13.2
Пришлось повернуть назад. И что вы думаете? Из моей головы снова исчезли все посторонние звуки. Выйдя из леса, я постарался встать так, чтобы почти незаметный ветерок относил запах Мари от меня в сторону. Подруга по-прежнему меня не замечала, уставившись в одну точку ничего невидящим взглядом.
- Вув! – негромко обнаружил я своё присутствие.
Мари вздрогнула и уставилась на меня огромными серыми глазищами, а потом вдруг кинулась ко мне, обнимая, шепча и плача:
- Господи, Костиан, как же ты меня напугал!! Никогда не смей больше так исчезать! Слышишь?! Я от беспокойства чуть с ума не сошла…
Всё так быстро произошло, что я ничего не успел предпринять, кроме как задержать дыхание. Почувствовав, что воздух в лёгких скоро закончится, я вырвался и отбежал подальше, снова встав так, чтобы ветерок уносил её запах в сторону.
У Мари вытянулось лицо и опустились руки, а из глаз снова полились слёзы:
- Ты убегаешь? Почему?!! Я так сильно тебя обидела, да? Ну прости меня, друг, я не хотела! Я правда не хотела тебя бить, просто ты меня напугал. Я всего лишь защищалась, понимаешь?!
Да, я её прекрасно понимал. При взгляде на девушку, ставшую мне самым близким другом, какой у меня когда-либо был, в груди стало холодно, и сердце как-то странно заныло… Хотелось обо всём забыть, броситься к ней как раньше, лизнуть в лицо, а потом обратиться человеком и крепко-крепко обнять… Но я запретил себе думать об этом.
Осознав, что всё равно придётся разговаривать, я обратился человеком и, уселся прямо на траву, устало вздохнув:
- Мари, не плачь. Я на тебя уже не обижаюсь. Просто подойти не могу. Мне нельзя приближаться, иначе твой запах опять сделает со мной что-то непонятное, и ты в итоге можешь пострадать. Поняла?
- Что? Что за глупости? – подруга выглядела обескураженной и до крайности удивлённой. – Какой ещё запах? Причём здесь это?
Я беспомощно взглянул на неё, не зная, как объяснить то, что для меня было настолько очевидным, что не нуждалось ни в каких объяснениях. Какое-то время мы молча разглядывали друг друга. Девушка прервала затянувшееся молчание первой: