- Как?.. – послышался ее тихий шепот. – Как ты здесь оказался?
Он не мог открыть глаза, потому что в них что-то горело и плавилось. Он боялся, что если откроет глаза, оттуда вырвется пламя, способное пожрать его.
Не переставая дрожать, он теснее вжал ее в себя, чтобы хоть как-то унять эту проклятую агонию в груди, но ничего не выходило.
Она была ошеломлена, возможно, даже напугана.
- Неважно… – прошептал Саймон, погладив ее по плечам.
И тут же почувствовал, как ее руки смыкаются вокруг него.
Кейти обнимала его. Спустя одну беспросветную, холодную вечность. Почти так же, как обняла его в ту ночь в саду.
Господи, как он мог жить без нее? Как он вообще жил, когда ее не было рядом?
- Как ты нашёл меня?
Неважно. Важно было то, что он обнимал ее. Что нашел. И что она помнила его.
«Мой Саймон…»
Впервые, с тех пор, как ее не стало, обжигающая мука скрутила его так, что он боялся умереть. А может он давно был покойником и все это ему снилось…
Саймон вздрогнул и снова почувствовал свое сердце, потому что чувствовав ее. Такую близкую, такую родную.
И наконец поверил в то, что она настоящая. Настолько, насколько настоящим был он сам.
От тоски у него болели кости, болела душа. Господи, как давно он не обнимал ее! Как давно!
- Всё будет хорошо, – прошептал он, с трудом проглотив комок в горле.
Собрав все свои силы, Саймон приподнял голову, чтобы снова взглянуть на нее. Руки его по-прежнему крепко обнимали ее, но он нашел глазами ее глаза. Такие печальные, такие потухшие… В них не было жизни, в них не было ничего, кроме его собственного отражения.
В горле снова перехватило, но и тогда он превозмог себя. Дрожащей рукой скользнув по ее волосам, Саймон провел пальцами по ее лицу, по милым, обожаемым чертам, не сломленным и не исцарапанным, а гладким и невредимым, заново знакомясь с ней, заново запоминая карту собственной жизни.
На ней действительно не было больше царапин, не было неестественных выпуклостей. На ней не было больше крови.
Господи, какое облегчение!
- Я нашел тебя, – выдохнул он и увидел, как прозрачная капля падает ей на щеку.
Проклятые капли, разве они не должны были орошать холодные камни и не трогать ее?!
Он стер влагу, запустил пальцы ей в волосы и снова застыл.
- Как ты здесь оказался? – снова спросила Кейти, удивленно глядя на него.
Затем протянула руку и в который раз коснулась его лица. Потрясенный, Саймон закрыл глаза, позволяя ей гладить свое осунувшееся, посеревшее от страданий лицо. Позволяя ей стирать влажные дорожки, которые сам не замечал.
- Я пришел отправить тебя домой, – наконец ответил он, умоляя, чтобы ее рука никогда не исчезла. Чтобы она не переставала дотрагиваться до него.
- Но… как? Как ты?..
Саймон смог открыть глаза.
- Ты должна вернуться, – сказал он, заглянув в самые обожаемые глаза на свете. – А я… Я пришёл, чтобы занять твоё место.
Для него не существовало участи почётнее и счастливее, чем занять её место.
Кейтлин с таким странным удивлением смотрела на него, будто не поняла ни одно его слово.
- Но моё место здесь.
Он сглотнул и погладил ее по щеке.
- Кто сказал?
Она покачала головой.
- Не знаю, но мне кажется, я должна быть здесь.
На тот раз голову покачал Саймон.
- Не правда. Я не позволю тебе жить в этом холоде. Твоё место там, где солнце, там где ветер, плеск моря… Твое место там, где жизнь.
Рука ее застыла на его виске.
- А где будешь ты?
Он улыбнулся, пораженный тем, что способен вообще улыбаться, что помнит, как это делать.
- Моё место там, где тебе это поможет.
Глаза ее внезапно потемнели, она вздрогнула, губы ее задрожали.
- Ох, Саймон, – обронила она грустно.
И снова обняла его. Так крепко, как он даже не смел мечтать.
Саймон затрясся, но его руки тоже сомкнулись на ней, не в силах разжаться.
- Ей пора! – раздался над ними неумолимый голос.