Кейтлин побледнела и стала трясти руками, будто хотела сбросить с себя жуткие воспоминания…
Но разве это только воспоминания? Ведь это было с ней на самом деле.
Боже, где реальность? Где она находится?
Бледнея, Кейтлин снова стала озираться по сторонам. Ей казалось, что она не просто потерялась. Она не знала, где находится. Это реальность? Что было реальностью? Сглотнув, она вытянула перед собой руки и посмотрела на них повнимательнее. Руки были настоящими… Она была уверена в этом. И эта комната, всё в ней было настоящим.
Тогда как?.. Как она смогла пережить тот удар?
Родители утверждали, что она пролежала больная дома, но… если она была в таком состоянии, почему ее не оставили в Лондоне, а перевезли ее в Пенсфорд-плейс? Не лучше ли было оставить ее в столице, где доктора были ближе?
Кейтлин начинала задыхаться. Боже, что с ней произошло на самом деле? Почему она ничего не помнила? Она ведь помнила о последнем месяце, хоть и была в тумане, но она постоянно ощущала присутствие родителей. Но тот другой месяц… Едва она думала о нем, как ее накрывал кромешный мрак и леденящий холод.
И безнадежная пустота…
Где она была целый месяц? Она верила родителям, но почему… Боже, почему ей казалось, что произошло что-то… слишком мучительное и страшное, чтобы об этом говорить?
Она была уверена, что… погибла?
Невозможно!
Кейтлин попятилась.
Ее охватил такой непреодолимый ужас, что она содрогнулась и упала на пол. Она дрожала. Ей стало казаться, что темнота снова надвигается на нее тяжелыми, решительными шагами. Едва двигаясь, она отползла к кровати, кое-как взобралась туда, укрылась одеялом и… Не шевелилась, пыталась дышать и забыть мысли, которые накрыли ее.
Невозможно!
Не нужно думать об этом. Ей следовало только сосредоточиться на самом главном! Просто дождаться сыщика. Мистер Кидман найдет Саймона. Она была в этом уверена. Она найдет Саймона, иначе и быть не могло. И всё будет хорошо, злые мысли растворятся сами собой.
Кейтлин с трудом смогла уснуть.
И снова ей снились кошмары.
На этот раз ей снилось падение. Как она вылетала из седла, как, махая руками, летела на землю. Летела навстречу своей гибели. Ей было больно, так невыносимо больно, что она даже заплакала во сне.
- Саймон…
Кейтлин резко проснулась посреди ночи. Она дрожала от страха и холода. Вокруг царила только тишина, оглушительная и непроницаемая.
Господи, она так сильно хотела, чтобы все это прекратилось, и чтобы вернулся Саймон, что была готова отдать всё, что имела.
Он не мог, не имел права уходить, не предупредив ее. Но ее не было целый месяц… И она… так скверно поступила с ним. Он так и не узнает, что значил для нее. Не узнает, как сильно она любила его. Она задыхалась без него. А он ушел и не дал ей ни одного шанса рассказать ему всё, что он должен был знать.
Упав обратно на подушки, Кейтлин прижала холодные руки к груди и закрыла глаза.
- Пожалуйста, вернись, – взмолилась она, не в состоянии побороть слезы. – Прошу тебя, вернись.
Но ответом ей была тишина, и звуки собственного всхлипа.
С трудом ей удалось пережить эту нескончаемую, зловещую ночь.
Мистер Кидман вот уже неделю был в деревне, но так ничего и не выяснил. И чем больше дней проходило, тем мучительнее становилось Кейтлин. Как будто надежда таяла у нее на глазах.
Нет, она не могла лишиться последнего, что поддерживало в ней веру в то, что она найдет Саймона.
Найдет и рассеет тьму, которая висела над ней.
Войдя к ней однажды утром, Марта ужаснулась, обнаружив осунувшуюся и бледную дочь. У нее от страха замерло сердце. Кейтлин стала снова напоминать ту себя оцепенелую, какой вернулась домой… Марта не могла допустить того, чтобы то состояние вернулось к дочери. Она разозлилась.
- Кейтлин, что ты делаешь? – спросила она непривычно жестко, подойдя к дочери, которая сидела за столом и что-то нервно писала.
На Кейтлин было белое платье, которое еще больше бледнило ее… и висело на плечах грудой ткани, потому что она снова похудела.
Кейтлин не подняла головы, продолжая писать. Руки ее дрожали.