Боль в груди была такой сильной, что внезапно в ней воцарилось полное онемение.
Бездушный! Он же знает, что она не может двигаться. Как она могла догнать его! Но собиралась сделать это. Она ведь была его тенью, а тень не может существовать без своего хозяина. Она собиралась бежать за ним до тех пор, пока не догонит его. У нее для этого была одна большая, долгая вечность.
Как он посмел посадить ее любимые цветы вокруг холодной, мрачной каменной плиты!
Она снова стала метаться по постели в поисках утешения.
«Это сумасшествие, Кейти!»
Она замерла. Боже, нет, как он мог подумать такое!
Она так многого не знала. Так много хотела сказать ему. Сказать, как ей было одиноко и пусто, пока его не было рядом. Хотела сказать, что не сердится на него за то, что в тот день бала он так и не подошел к ней, чтобы поздороваться. Она не сердилась на него даже за то, что потом он пошел в сад с незнакомой женщиной, которая так часто дотрагивалась до него. Она не сердилась на него за то, что он скрыл от нее правду о Джеке. Она никогда не сердилась на Саймона. Ей было ужасно жаль того, что она не успела все это сказать ему.
Сказать, как сильно любит его.
Что он с собой сделал?
Мрак надвигался, а с ним и жар… Нет, это был холод, пронизывающий, леденящий холод.
Кап… кап… кап…
Как странно, будто капля ударяется о водяную поверхность.
Кап… кап…
Как странно, почему этот звук казался ей таким знакомым. Где она слышала эти звуки?
Что-то черное надвигалось на нее, тяжелые камни обступали ее со всех сторон… Грот? Пещера? Она никогда в жизни не была в пещере…
«Как ты здесь оказался?»
«Неважно…»
Сердце, едва бившееся в груди, снова задрожало от оглушительной муки.
Кейтлин издала тихий стон, чувствуя, как силы покидают ее.
Где он? Где его голос? Куда он делся? Почему он исчез?
Как она будет ходить по земле без него? Она же не умела ходить без него, не умела дышать без него.
Мрак отступил, но на этот раз камни давили со всех сторон.
«Он не смог вынести вашей смерти…»
Господи!
«Всё будет хорошо».
Кап… кап… кап…
Мрак сгущался, закручиваясь вихрем и закручивая ее, но даже в этой кромешной тьме она пыталась отыскать его лицо, даже тень… Она ползла по полу, пытаясь найти его тень, чтобы стать его частью.
«Я пришел, чтобы занять твое место…»
Она больше не могла. Боль в груди была такой сильно, что у нее начинали гореть глаза, голова раскалывалась, тело ломило. У нее не осталось сил, чтобы бороться. Прежде у нее была надежда, что она отыщет его, что он найдется и вернётся.
«Ты должна вернуться…»
Куда она могла вернуться? Как он мог даже допустить мысль о том, что где-то без него она найдет себе место?
Иногда ей вообще казалось, что она родилась специально для него. Он так часто любил рассказывать ей о том, что он первым увидел ее после рождения. Разумеется, после доктора. Но он так гордился этим. И она не могла упрекнуть его за это. Только завидовать. Ей бы тоже хотелось увидеть, каким он был в младенчестве, в детстве. Она бы была только счастлива учить его ходить, читать, разговаривать. Она бы очень хотела, чтобы он первым словом произнес ее имя. Это бы стало для нее величайшей наградой в жизни.
А теперь его не стало…
Он ушел…
Бездушный!
Господи, как холодно!
Пещера… Почему ей всё время снилась пещера? Почему ей казалось, что Саймон где-то в ужасном, холодном месте, в какой-то ловушке, из которой не может выбраться? Попал туда из-за нее. Из-за всех ее ошибок.
Она не могла позволить, чтобы он пострадал по ее вине. Только не Саймон. Только не так!
Тишина. Вокруг было так тихо.
Кап… кап…
Какая странная капля. И все же она где-то слышала этот звук. Но где?
Кейтлин была уверена, что если найдет этот звук, она найдет и Саймона.
Капля… Вода!
Здесь в Истборне воды было хоть отбавляй.
Здесь был берег дивного моря. И здесь находились самые дивные скалы во всем мире. Самая высокая скала…