Господи, как же она могла этого не заметить прежде? Как могла!..
Его губы прижались к ней еще теснее, неумолимо, так крепко, что всё на свете стало неважным и ненужным. Так нежно, так тепло, что это тепло мгновенно передалось ей, будоража и потрясая. Ей никогда не было так тепло, так хорошо, как сейчас. Никогда она не чувствовала ничего подобного. И почему-то порадовалась тому, что так и было. Потому что она ждала именно этого. Может быть, подсознательно она не допускала подобных вольностей со стороны других столько лет потому, что… ей не хотелось чужих губ. И это… Это было удивительно. Его губы были удивительными, ощущение его губ было удивительным. Как будто ей открылись сокровища, о существовании которых она даже не смела мечтать.
Кейтлин боялась пошевелиться, чувствуя не только всё его большое сильное тело, прижатое к ней. Она чувствовала его дыхание на своей щеке. До дрожи остро чувствовала, как он, ослабив давление, медленно водит своими ласковыми губами по ее губам, прижимаясь сначала одного уголка ее рта, затем другого, будто только знакомился с ней, захватывая ее такими сильными ощущениям, что боль в груди постепенно стало сменять нечто упоительное. Умиление, граничащее с сокрушительной нежностью.
У нее кружилась голова и задрожали колени. Тело наполнялось не только теплом, но и странной тяжестью, вызывая в ней необъяснимую слабость. Веки отяжелели и закрылись, заставляя ее еще больше погружаться в мир, который не только захватил, но и медленно открывался для нее. Едва в состоянии стоять на ногах, Кейтлин скользнула руками выше и обхватила его шею, чтобы не упасть. Тогда он еще теснее прижал ее к себе, еще теснее прижал к ней свои губы. Так тесно, что его нос уткнулся ей в щеку. Она встрепенулась. Тепло, которое бродило по всему телу, стало заполнять каждую клеточку ее тела, каждый нерв, заставляя ее дрожать так, как никогда прежде. Как будто с нее спадало что-то вековое и непонятное, сменяясь чем-то сильным и неподвластным ей.
Если прежде она дрожала от непонятного холода, сейчас ее охватила совсем иная дрожь. Что-то мучительное, томное и сладкое стало подниматься из самых недр ее существа, вытесняя все разумные мысли. В ней не было сомнений, не было больше ничего, кроме его губ. Никогда прежде она не испытывала таких пронзительных, таких непостижимых ощущений, которые заставляли ее желать быть к нему еще ближе. Так близко, как она не была никогда прежде. Так близко, как не был даже он сам. Нет, близко, еще ближе, чтобы ничего больше не вставало между ними.
Он снова застонал. Кейтлин похолодела, решив, что он мог отпустить ее, и еще теснее прижала его к себе, если только это было возможно, судорожно обхватив его за шею, чтобы удержать на месте.
Господи, она действительно не могла больше отпустить его!
Саймон на мгновение застыл.
- Кейти… – прошептал он с неприкрытой мукой.
Она подняла руку выше и зарылась пальцами ему в волосы.
- Пожалуйста, не останавливайся.
Она думала, что он сейчас снова повторит, что это сумасшествие. Возможно, даже отстранит ее от себя и…
Он так резко притянул ее к себе, что у нее от неожиданности замерло сердце.
И снова накрыл ее губы, только это уже был совершенно другой поцелуй.
Если тот первый был бережным и осторожным, будто от потрясения он сам не мог пошевелиться, сейчас его губы смяли ее в какой-то агонизирующей жажде, которую она никогда бы не подумала обнаружить в нем. Никогда бы не подумала, что он способен на такое, если бы не попросила его о поцелуе. Как будто он хотел этого. Будто она всегда имела права претендовать на это, претендовать на большее.
Кейтлин была ошеломлена, не в состоянии поверить в то, что он мог касаться ее так… так пламенно и огненно, так страстно, что она снова стала задыхаться, захваченная новым огнем, от которого иначе стало дрожать всё тело.
Он прижимался к ее губам сильно, жадно, решительно, словно не смог бы отпустить ее, что бы ни произошло. Проходился ими по ее нижней губе, затем по всей верхней губе, заставляя ее еще теснее прижиматься к нему. Кейтлин даже не думала, что может трепетать, но ее знобило и бросало в жар одновременно. Она задохнулась, когда в какой-то момент почувствовала прикосновение его языка. И тогда он нежным давлением раскрыл ее уста и поцеловал так ошеломительна, что у нее едва не подогнулись колени. Так крепко, что у нее подогнулись колени, и она едва не упала, но он крепко держал ее, сжимая двумя руками ее тонкую талию.