- Кейтлин?
Голос Джека, раздавшийся совсем близко, сокрушил ее окончательно, когда Кейтлин, подняв голову, увидела его, стоявшего в дверях.
- О, Боже правый, Кейтлин!
Ошеломленный, Джек несколько секунд просто молча смотрел на нее.
Кейтлин внезапно увидела, как он приближается. У нее перехватило дыхание. Она боялась, что если он приблизится, если попытается дотронуться до нее, заговорить, она просто не вынесет этого.
Она попятилась, едва чувствуя пол под ногами.
Когда Джек распахнул дверь с намерением броситься к ней, Кейтлин развернулась и, не представляя, где взяла для этого силы, но смогла убежать.
Входная дверь была открыта, поэтому ей не составил труда выбежать на улицу.
- Кейтлин, черт побери! Остановись сейчас же!
Голос Джека сотворил с ней то, чего не смогли сделать ни ярость, ни тем более боль, разрывающая ее на части.
В ней обнаружились силы, с которыми она смогла прыгнуть на спину лошади, не спотыкаясь и не упав. Услышав позади шаги, она обернулась. Бледное лицо Джека было последнее, что она увидела, когда пришпорила лошадь.
Не чувствуя сердца, Кейтлин помчалась вперед, не замечая дороги.
Ей не хватало воздуха. Она не просто задыхалась. Кейтлин боялась, что не сможет больше остановиться, иначе действительно погибнет.
Она не чувствовала больше сердца.
- Кейтлин! – громкий голос Джека полетел за ней словно пуля.
Кейтлин обернулась, боясь, что он мог догнать ее, но он был уже далеко и никак не смог бы добраться до нее.
Так было лучше. Она должна была убежать от всего этого как можно скорее. Кейтлин повернула в ближайшие переулок, мчась всё дальше. За ней больше никто не бежал… Она была уже далеко…
Но в какой-то момент она всё же обернулась, чтобы быть уверенной.
И не заметила, как из правого угла на дорогу выскочил фургон, нагруженный тяжелыми товарами.
Она не смогла остановить лошадь, даже если бы заметила фургон.
За долю секунды до того, как произошло неминуемое, Кейтлин все же повернула голову.
Ужас застыл в горле, и в то же мгновение она налетела на фургон. Лошадь заржала и, ударившись головой, вскинула круп.
Кейтлин не удержалась в седле. Да и не смогла бы. Поводья выскочили из рук, и ничто больше не держало ее.
Она полетела через фургон, видя в каком-то замедленном тумане напуганное лицо кучера, который громко кричал, слышала дикое ржание лошадей, впряженных в фургон, неистовое ржание ее собственной кобылы, которая упала под фургон, а колеса раздавили ей копыта, а потом и шею. Кейтлин даже увидела, как к ней с побелевшим лицом бежит какой-то прохожий и что-то кричит.
Ее охватило леденящее осознание того, что происходит неминуемое.
Господи!
Поздно. Она летела вниз головой и с каким-то безотчетным ужасом знала, что ее уже ничего не спасёт.
Полет в несколько секунд заполнил двадцать лет ее жизни. Кейтлин вспомнила, как бегала по любимому пляжу, погружая босые ноги в теплый, золотистый песок, как бегала за Саймоном, который казался недосягаемым, как она стала его тенью, мечтая стать его жизнью. Он так никогда и не узнает, как дорог был ей, даже не смотря на всё то, что сделал.
Всё было уже неважно, потому что она летела навстречу собственной гибели.
Смерть приближалась неумолимо.
Возможно, именно сейчас ей стоило сокрушаться о том, как несправедливо умереть молодой, но Кейтлин думала только о том, что никто не обманывал ее. Вовсе нет. Это она держала всех в неведении. Она обманула Джека, хотя он искренне пытался позаботиться о своих жене и ребенке, которых несомненно любил. Она не имела права осуждать его за это. Ведь именно она обманывала, что любит его, обманывала, что честно выбрала его, обманывала даже в том, что хотела держать его руку до конца жизни. И Саймон…
У нее заныло сердце. Сердце, которое совсем скоро перестанет биться. Пару минут назад Кейтлин думала, что знает, каково это, когда разрывается сердце, но даже понятия не имела о том, как мучительно это бывает на самом деле.
Он ведь тоже не обманывал ее. Саймон никогда не обманывал ее, он никогда не сделал ничего из того, что расстроило бы ее. Он даже привез ей подарок, который обещал. Господи, она была такой слепой! Если бы только у нее было хоть немного больше времени, чтобы сказать ему, как сильно она любила его. Если б только она поняла это раньше! Боже, она любила так, что едва не превратила собственную жизнь в руины.