Почувствовав, что сон ушел бесследно, Янус прошел в кабинет, зажег свечи и устроившись в кресле у окна, начал размышлять.
Итак. Александр Серли — крупный промышленник. Начинал с мелкой лавки в столице, затем уговорил одного богатея вложиться в сомнительное предприятие — и выиграл. Получив деньги, открыл сначала шахту по добыче полезных ископаемых на севере страны, потом маленький заводик, потом еще один. К сорока пяти годам являлся одним из богатейших людей государства, сам король был его должником. В политических играх или незаконных авантюрах замечен не был. Жена умерла четыре года назад от пневмонии, единственная дочь сожжена три недели назад по обвинению в колдовстве и государственной измене. По официальным данным Серли спонсировал покушение на наследника престола с целью посадить на трон своего ставленника. Дочь ему якобы помогала, в том числе по плану промышленника, должна была стать следующей королевой. Покушение провалилось, исполнителя поймали, допросили с пристрастием, тот указал на заказчиков. Семейство Серли и еще пару незначительных личностей казнили, ставленник заговорщиков, двоюродный дядя короля, успел сбежать в южные королевства. Все.
И из этого нагромождения фактов (фактов ли?) совершенно ничего не было понятно. Особенно роль наследницы промышленника. Если сам Серли проходил по делу, как главный заговорщик, то основным обвинением его дочери было колдовство. Что у Дирека, например, вызывало некоторые вопросы.
По старинной легенде, в королевстве Илендия ворожбу прировняли к преступлениям против государства и короны после того, как проклятие одной сильной ведьмы унесло жизни всех детей правящей семьи. Корона перешла к племяннику короля вместе со строгим наказом сжигать всех обнаруженных ведьм. По некоторым письменным свидетельствам, наследник поначалу не собирался проводить столь жестокую политику, но, когда его жена и дочь сначала заболели, а потом, после лечения у одной известной ведьмачки, умерли, он вроде как тронулся умом и создал орган, карающий принявших "дар из Ада" — Инквизицию. С тех пор считаться ведьмой в Илендии стало небезопасно. Через пару столетий страсти, конечно, поутихли. Инквизицию в конце концов отменили, а в деревнях стали появляться знахарки, приходящие из ниоткуда и уходящие в неизвестном направлении, стоило им почувствовать угрозу, однако сам указ о сожжении за ведовство так и не был отменен. И пока в соседних государствах подобные способности изучались, ставились на учет, а то и на службу государству, или вообще старательно культивировались и взращивались, в Илендии все связанное с так называемой "магической" материей, усердно замалчивалось.
И это тоже было странно. В государстве давно уже не было показательных сожжений ведьм. И тут вдруг на костер отправляется юная девушка. Слишком опасна? Но чем? И зачем из этого делать представление? Тем более, что статья-то древняя-предревняя. Да и люд, давно не встречавшийся с имеющими особую силу, ведьм считает скорее деревенскими страшилками, чем реальностью. Дирек и сам не особо верил в их существование, хоть и слышал, что за границей чуть ли не университеты ведовские открывают. Впрочем, он по жизни верил только тому, что сам увидел или потрогал.
Так кем же все-таки были Серли? Ответа на этот вопрос у офицера не было. И объективных сведений тоже.
Опрос бывшей прислуги ничего Диреку не дал. Одни отказывались разговаривать, другие, наоборот, делились небылицами, как Вера Серли резала лягушек и летала на метле. Люди из круга промышленника имели такие деньги и положение в обществе, что Януса даже на порог их домов не пускали, половина особ на просьбу о встречи ответила категорическим отказом, половина вообще его письма проигнорировала. Ходили слухи о наличие у изменника любовниц, внебрачных детей и даже воспитанниц-колдуний, из которых он собирался делать армию по завоеванию престола, но были эти сведенья настолько нелепы, что в расчет их Янус не брал. Итог: расследование зашло в тупик, скоро приезжает Алисия, а у озера следы чужака, и что он там забыл неизвестно. Вывод: необходимо что-то предпринять. И, пожалуй, стоит начать с незваного гостя.
4
Вира заметила, что Мила стала ее невероятно раздражать. Даже от ее заботы хотелось забиться куда-нибудь в темный угол и не показываться, пока кухарка не наговориться о нравственности, трудностях воспитания детей и прочей чуши. С некоторых пор девушка стала рекордными темпами глотать пищу и, отговариваясь работой, убегать в сад. Зато освободилось время по вечерам, и Вира теперь понемногу вычитывала из "Описаний" главы про северные земли. Оказалось, территории за горами называют дикими, и о них толком ничего неизвестно, только страшные слухи. Возможно, девушке стоило испугаться, но она от этих известий почему-то наоборот успокоилась. Там ее точно не найдут. Никогда. А смерть от лап чудовищ… Она ничем не хуже, чем от рук человеческих. Можно кое-что придумать. И запастись оружием. Зная места, пистолетом разжиться не проблема. Были бы деньги.
Составив некоторое подобие плана, Вира отложила книгу. Взяла на кухне острый нож и направилась к озеру.
Ночь дышала осенью. Еще немного, и на природе уже не покупаешься. Размышляя над этой проблемой, девушка по привычке неслышно шагала по тропинке, пока не почувствовала чужое присутствие. Ночное время суток и нож в рукаве придали ей уверенности, и когда она краем глаза уловила движение за спиной, то резко развернулась, метя "ладному парню" в плечо. Руку перехватили, вывернули так, что пальцы разжались сами собой, и нож полетел в траву.
— Да что же это такое! — раздосадованный Янус неприлично сплюнул себе под ноги. — Опять вы!
Взгляд его стал сначала подозрительным, а затем, когда он увидел у Виры гребень и мыльный корень, разочарованным.
— Вы всегда так поздно ходите купаться?
Девушка потерла покрасневшую кисть.
— А вы против?
— Нет, — Янус к чему-то прислушался. — Никого не встречали?
Вира подумала и сказала правду:
— Был кузнец из деревни.
Офицер заинтересовался.
— Зачем приходил, не знаете?
Девушка покраснела и недовольно буркнула:
— Может, рыбу ловить. Я-то что?
Дирек подобрал из травы нож, потрогал лезвие.
— А вы отчаянная, — он посмотрел на нее вдруг как-то по-новому. — Но глупая.
Возгордившуюся было Виру наполнило негодование. Все только и говорят ей, что она то-то и то-то делает неправильно! Недостаточно хорошо! Она ленивая, безрукая, развращенная (это Мила, намеками) и т. д. и т. п. А вот родители…
Она опять ощутила себя потерянной между прошлым и будущим. Если у нее оно вообще есть, это будущее.
— Да, наверное, — Вира забрала нож и поплелась в сторону воды, мечтая лишь об одном — остаться наедине с собой. Но покоя ей не дали — Дирек двинулся следом.
— Я постерегу, — он нагнал ее за пару секунд и зашагал рядом. — Обещаю не подсматривать.
Кажется, он улыбнулся. Но девушка хранила суровое молчание. Только покосилась пару раз на ремень, за который были засунуты два пистолета.
Потом была вода, тишина и ночь. Тишина, темнота и чужое присутствие рядом. Она не смогла насладиться этой ночью и, раздосадованная ушла спать раньше обычного. Единственное хорошее, что было в этой встрече — ей предложили топить баню вместо ночных прогулок до озера. " С паршивой овцы… — подумала Вира, уже засыпая. — Хотя, он больше похож на барана…"
В том, что Янус Дирек упрямый баран, Вира убедилась на следующий день.
— У меня нет на это денег.
— Как будто я много прошу!
— Вряд ли вы согласитесь есть ваши розы вместо обеда и ужина!
— Это вы выразили желание привести клумбы в порядок! Сохранить цветники!
— Сохранить надо то, что есть, а не добавлять проблем моей голове и вашим рукам, между прочим! Мне эта рассада вообще не нужна ни каким боком! Ни старая, ни тем более новая!
Янус злился и выплескивал эту злость на пришедшую просить денег для "привидения клумб в порядочный вид" Виру. Лексий не появлялся уже два дня. Утром пришло письмо от знакомого из города, что "ни села ни деревни Болотище, где числилась семья лавочника с дочерью по имени Вира, в нашем округе нет". Привыкший за последние несколько дней к постоянному мельтешению девушки перед глазами, Дирек был этим письмом озадачен и раздосадован. И помимо воли волновался за языкастого секретаря, к которому уже успел привязаться. А еще дурацкий разговор с кузнецом…