– Да, мне было бы очень жаль, если бы пришлось искать приют где-нибудь в другом месте, — заметил я как бы мимоходом.
Миссис Бельден опять с беспокойством взглянула на дверь и сказала нерешительно:
– Меня еще никто не называл негостеприимной, но ведь все здесь в таком беспорядке. Когда вы желали бы переехать ко мне? — спросила она меня.
– Я надеялся, что прямо сейчас смогу здесь остаться, — сказал я, — мне необходимо написать несколько писем, и я хотел бы только одного: чтобы мне отвели местечко на столе, за которым я мог бы сделать свое дело.
При слове «письмо» женщина инстинктивно запустила руку в карман и тотчас ответила:
– Хорошо, оставайтесь, если вы без претензий. Мне очень хочется услужить мистеру Монелю.
Она любезно протянула мне руку и пошла проводить моего знакомого, а затем вернулась с моей дорожной сумкой.
– Постараюсь как можно скорее привести в порядок комнату для вас, — сказала она, — а пока располагайтесь как дома: все необходимое для письма вы найдете вон в том ящике.
С этими словами она пододвинула столик поближе ко мне, так что мне стало немного совестно перед ней за свою роль шпиона.
– Благодарю вас, — проговорил я, вынимая письменные принадлежности.
– Не буду вам мешать.
И хозяйка неслышно вышла из комнаты.
Глава XXVIII
Необыкновенное происшествие
Прежде всего я внимательно осмотрел комнату, в которой находился. Это была, как уже упоминалось выше, уютная, хорошо меблированная комната, какие часто встречаются в дачных местностях в семьях среднего достатка. Я начал изучать предметы, находившиеся в ней: фотографию на камине, книги на столе, ноты на этажерке и маленькую рабочую корзиночку с рукоделием, которая стояла рядом со мной. Среди всевозможных предметов, находившихся в ней, я заметил также пару чулок, которые показались мне настолько маленькими и поношенными, что едва ли могли принадлежать вдове Бельден. Я рассмотрел чулки и нашел на них метку «Д.». После этого вновь сложил их и убрал на место, а затем в раздумье стал смотреть в окно на дом напротив; внимание мое вдруг привлекли буквы, нацарапанные на оконном стекле. Долгое время я никак не мог понять написанного, но, вглядевшись хорошенько, прочел: «Мэри Клеверинг».
Обрадованный этим открытием, я принялся, наконец, за письма; не успел я еще их закончить, как в комнату вошла миссис Бельден и известила меня, что ужин готов.
– Что касается помещения, — продолжила она, — то я приготовила для вас свою собственную комнату: мне кажется, что вам будет приятнее спать на первом этаже.
С этими словами она открыла передо мной дверь в соседнюю комнату, которая оказалась маленькой, но очень уютной спальней.
– Конечно, моя комната по меблировке немного старомодна для вас, — заметила она, проходя первой в столовую, — но, надеюсь, вам в ней будет уютно.
Ужин состоял из простых, но очень вкусно приготовленных блюд, а миссис Бельден оказалась чрезвычайно любезной хозяйкой. Я не мог избавиться от чувства неловкости при мысли, что пробрался в ее дом как шпион.
Мы находились в длинной узкой комнате, с одной стороны соседствующей с гостиной, а с другой — с той комнатой, которая предназначалась для меня.
– Неужели вы не боитесь жить в этом доме одна? — спросил я ее. — Ведь здесь, вероятно, немало бродяг…
– Меня никто не обидит, — ответила она, — мало того, если кто нуждается в крове или пище, то он найдет в моем доме и то и другое.
Как странно, что эта добрая женщина, покровительница убогих и сирот, оказалась замешана в темное дело. Между тем ее слова навели меня на мысль, что если Джен скрывается в этом доме, то хозяйка, конечно, должна отнести ей что-нибудь на ужин. Я внимательно посмотрел на стоявшие передо мной блюда, чтобы потом проверить, насколько уменьшится их содержимое.
– Пойду покурю на террасе с вашего позволения, — проговорил я, — надеюсь, что у вас найдется время немного поболтать со мной.
– С большим удовольствием, — ответила моя хозяйка, — но ради того, чтобы покурить, вам незачем выходить на террасу, вы можете курить и в комнате, мне табачный дым не мешает.
– Я все же предпочту террасу, — ответил я, — мне хочется немного подышать свежим воздухом.
На самом деле я надеялся повидать «Тонкое Чутье»; я чувствовал, что если буду знать, что он где-то неподалеку, то это подбодрит меня. Но желанию моему не суждено было исполниться: напрасно я ходил по террасе взад-вперед — нигде не было заметно ни малейшего следа присутствия моего помощника.