Кто там?
Мама, это я! — совсем детским голоском проговорила Даша.
И о чудо! Дверь открылась!
Здорово, Лавря! Психологический расчет — ребенку любой откроет?
Именно!
Так, тут по две квартиры на площадке, значит, нам нужен пятый этаж, — сообразил Игорь.
Едва они подошли к лифту, как он ушел, его вызвали сверху.
— Поднимемся пешочком! — предложила Даша.
И они стали не спеша подниматься по лестнице.
А лифт, кстати, на пятый вызвали, — сказала Даша.
Тогда подождем, а то вдруг это он! — прошептал Петька.
Лифт двинулся вниз, и вдруг раздался треск, и он остановился.
— Кажется, застрял! — прошептал Игорь.
Вскоре человек в лифте начал стучать кулаком.
— Эй, кто там! Лифт застрял! Вызовите монтера! Диспетчер! Диспетчер!
Похоже, он был в панике. Ребята бросились наверх. Лифт был глухой. Не видно, кто там застрял. «Это к лучшему», — решил Петька.
Вы не волнуйтесь, я сейчас вызову монтера! — сказал он.
Эй, мальчик, ты чей? — спросил мужчина.
Я — Матвеев!
Из нашего подъезда?
Нет!
Мальчик, диспетчер не отвечает, я тебя умоляю, сделай что-нибудь! Лучше всего сбегай домой и позвони по телефону. Скажи… Ах черт, я совсем забыл, у меня же есть сотовый телефон! Спасибо, парень, я сейчас сам…
Здорово же он перетрухал, если забыл про сотовый! Наверное, у него клаустрофобия, — сказал Игорь. — Интересно, это он?
Почему-то мне кажется, что да, — отозвалась Даша. — Только давайте помолчим.
Алло! Диспетчерская? Я застрял в лифте, дом семнадцать, первый подъезд. Я очень спешу. Скорее! Как через полчаса? Я не могу сидеть полчаса в лифте! Сделайте что-нибудь! Черт бы вас побрал! А если я тут умру?
Гражданин, не нервничайте! Я уже звоню! Но вы же не один застрявши! Вот тут дама тоже застрявши, так она спокойно ждет!
А я не могу, у меня важное дело! Я опаздываю!
— Ничем не могу помочь, гражданин!
И диспетчерша отключилась.
Эй, есть тут кто-нибудь? — спросил мужчина, но как-то странно, как будто проверял, а не просил о помощи. Ребята пока промолчали. И не зря.
Алло! Это Снежников! Мне необходимо переговорить с Михаилом Евграфовичем!
Ребята затаили дыхание.
— Миша! Это я! Такая идиотская ситуация. Я застрял в лифте! Говорят, не раньше чем через полчаса. Отложить на завтра? Не хотелось бы откладывать! Я ведь слово сдержал, все сделал чисто! Что, приедешь ко мне? Просто замечательно! Я же предлагал, а ты… Когда? Через полчаса? Отлично, если меня к тому времени освободят! Что ты смеешься? Ну и шутки у тебя, Миша! Ладно, жду! Эй, есть тут кто-нибудь? — снова проверил он.
И они снова промолчали. «Удача идет к нам в руки», — решил Петька. То же подумали и Даша с Игорем.
Они на цыпочках спустились вниз. У лифта стояла девушка с букетом цветов.
Что, лифт не работает? — спросила она.
Не работает, — кивнула Даша.
Как это надоело! — вздохнула девушка и пошла пешком.
Они выскочили во двор.
Ну, что будем делать? — спросил Игорь.
Прежде всего надо поглядеть на этого Салтыкова-Щедрина, — усмехнулась Даша.
На кого? — удивился Игорь.
Ну, Салтыкова-Щедрина тоже Михаилом Евграфовичем звали, — пояснила Даша.
А, понял! Ты думаешь, это и есть заказчик? — догадался Игорь. — Да?
Я надеюсь! Надя же говорила, что он должен вот-вот получить большие деньги… — прошептал Петька. — Может, этот Михаил Евграфович привезет денежки ему на дом…
Ой, ребята, а что, если… — испуганно начала Даша. — Что если он его… убьет? Зачем ему человек, который знает его тайну?
Но тогда, по этой логике, они должны убрать еще как минимум и Таисию… — похолодел Петька.
Да вы что, спятили? — воскликнул Игорь. — Кому надо мокрушничать из-за какого-то дюдика? Да у вас крыша поехала! Ну сперли его зачем-то, кто их знает — зачем, но убирать свидетелей? Это уж чересчур. Фигня сплошная. Если бы всех свидетелей всегда убирали, на свете уже вообще никого не осталось бы!
Думаешь? — прищурился Петька.
Думаю!
Наверное, ты прав, Крузейро! У нас немножко мозги перегрелись. Ах, какой же я болван! Всем болванам болван!
Почему?
Я же на радостях не прочел роман, а надо бы… Вдруг там разгадка… Ведь зачем-то его все-таки пытались уничтожить, он попал мне в руки, а я… Сегодня же займусь!
Ладно, это еще успеется, — махнула рукой Даша, — главное — решить, что мы сейчас делать будем, скоро Михаил Евграфыч приедет… А мне вот что еще в башку залетело… Почему они не убрали Веронику? Это ведь несложно было сделать, даже никаких подозрений не вызвав, а? Ну, померла одинокая старушка, так, легко, во сне, например… Если у них были ключи и вообще… Странно…
Ну, это-то как раз понятно, — заметил Петька. — Если бы они ее убрали, а потом похитили роман, то ее смерть сразу вызвала бы подозрения…
А кража романа не вызвала, что ли? — осведомилась Даша.
Но кража, — в конце концов, внутреннее дело издательства. А убийство — нет, дудки, тут уж обязательно всплыла бы и эта история… И, по-видимому, не Вероника представляет опасность для этих типов, а именно ее роман! А вот почему — это непонятно!
Наверное, в этом романе есть что-то… — начала Даша, но тут во двор въехал черный «Мерседес», из которого вышел мужчина лет сорока пяти с дипломатом в руках. Шофер и двое парней на заднем сиденье остались на местах.
Телохранители, наверное, — шепнула Даша Петьке на ухо.
— Вряд ли, чего ж они, как пни, сидят в машине?
Мужчина пытался справиться с домофоном, но тут как раз вышел мальчишка лет семи, Михаил Евграфович прошел в подъезд, за ним устремились Петька и Игорь. Дашу оставили во дворе — на всякий случай. Они помчались вверх по лестнице, а мужчина громко чертыхался. Потом постучал по стенке лифта.
— Эй, Владик, ты тут?
Миша, дорогой, этот сволочной монтер так и не пришел! — отозвался узник. — Умоляю, позвони им и поговори как следует, я уже не могу!
Говори номер, недотепа! Ага, сейчас позвоню! Диспетчерская? Вот что, золотая, если в течение пяти минут из лифта не выпустят человека, я обещаю вам очень большие неприятности, причем всем — от тебя, золотая, до префекта! А потом скажу, что во всем ты виновата! Живо! Подними свою задницу и найди кого хочешь! Если через пять, самое большое через десять минут его не выпустят, пеняй на себя, я лично разломаю лифт к чертовой матери! Поняла, золотая?
Петька с Игорем умирали со смеху. Но голос Михаила Евграфовича звучал более чем зловеще. И на месте диспетчерши они бы здорово напугались.
Не прошло и пяти минут, как в подъезд влетел молодой парень с чемоданчиком.
Кто тут у нас застрял? Сейчас, не волнуйтесь, все сделаем!
Где тебя носило? — накинулся на него Михаил Евграфович. — Человек, может, помирает там, а ты лясы точишь?
Почему вы так? Я даму освобождал в другом подъезде!
Освобождал? Ну и как? Освободил?
Нет еще! Тут Варвара за мной прибежала…
Живо выпусти мне человека и беги даму спасать, а то, если дама помрет, тебя посадить могут!
Но тут, видимо, поломка была небольшая, и вскоре смертельно бледного Снежникова извлекли из лифта.
Миша, друг, если бы не ты…
Ладно, идем, тебе надо коньячку принять…
И они вошли в квартиру. Сколько Петька и Игорь ни прислушивались, из квартиры не доносилось ни звука. Тогда они спустились вниз, где их ждала вконец закоченевшая Даша.
Я придумала, — зашептала она, когда они подошли поближе, — я придумала, кого надо попросить узнать номер этого «мерса»!
Кого?
Ангелину! Ну, Геля, помните?
Ну да!
Это, конечно, можно, только боюсь, она захочет написать об этой истории, а пока нельзя, — с сомнением в голосе ответил Петька.
А мы ей ничего не скажем! Помнишь, мы просили Медынского и он все сделал, ни о чем не расспрашивая!