Правильно! Не факт, конечно, что она даст, но… По крайней мере шанс! Давай, звони! Сейчас еще не очень поздно! А потом перезвони мне, ладно?
Ладно! — Петька дрожащей рукой набрал номер. — Вероника Леопольдовна! Добрый вечер!
Петя? Что-то случилось? Мы же недавно расстались! — рассмеялась пожилая дама.
«Еще ничего не знает, — подумал Петька. — Слава богу!»
Нет, ничего не случилось, просто у меня тут одно дело возникло… Помните, я вам говорил про писателя Мелешина? Он сосед Лаврецких по новой квартире…
Да, что-то припоминаю. Кажется, он хотел о тебе писать?
Собирался вроде… Но дело не в этом. Понимаете, ему нужна машинистка… Та, с которой он работал, заболела…
И тут вдруг Петьке пришло в голову, что, если телефон Вероники прослушивают… А еще «жучки» понапиханы…
Ой, извините, Вероника Леопольдовна, вот Василий Константинович говорит, что уже не нужно, его жена уже нашла… Извините меня, пожалуйста.
Да ничего, Петя, бывает!
Ну, тогда спокойной ночи!
Спокойной ночи, Петя.
Петька повесил трубку. Черт, какого же он мог свалять дурака! Но все же это — единственный шанс сберечь написанный роман… Он опять позвонил Денису.
Ну что, узнал? — спросил Денис.
Нет. Я как только ее спросил, так подумал, что если нас кто-то слушает…
Точно! — закричал Денис. — Значит, ты не успел ничего узнать?
Не успел!
С одной стороны, хорошо, хотя навести их на эту мысль мог вполне успеть…
То-то и оно! Вот уж точно, поспешишь — людей насмешишь. Ничего, мы еще узнаем про эту машинистку.
Как?
Ну, самое позднее в понедельник Веронике должны будут сказать о случившемся, так?
Так!
Вот когда все начнут метаться, я под шумок и спрошу у нее, но лично, а не по телефону.
Петь, у меня вот какая мысль созрела, а что, если привлечь к этому твою бабу Маню, а?
Бабу Маню? — чрезвычайно удивился Петька.
Ну да! Ты вполне можешь ей рассказать все, что случилось. Она же дружит с Вероникой и захочет ей помочь. Вот пусть прямо сейчас спросит у нее про машинистку! Пусть придумает, кому может машинистка понадобиться…
Слушай, Денис! Это просто здорово! Баба Маня, она может! Сию минуту звоню ей!
А потом мне!
Обязательно! — пообещал Петька и повесил трубку, а затем набрал номер бабок.
Баба Маня сама взяла трубку.
Слушаю!
Баба Маня!
Петька, ты? Что это с тобой? Только недавно уехал и опять звонишь? Родители не вернулись?
К счастью, нет! Баба Маня, у меня к тебе такое серьезное дело, ты даже не представляешь себе!
Петька, что случилось?
Только ты не повторяй, незачем бабусе волноваться!
Ну, говори же, не тяни жилы!
Баба Маня, у Вероники большие неприятности!
Что? У Вероники? Да я с ней полчаса назад говорила, у нее было отличное настроение!
Она еще не знает! Баба Маня, я случайно услышал, вернее не я, а Лавря, что в издательстве выкрали все экземпляры ее последнего романа, дискеты и даже в компьютере все уничтожили!
Боже мой, Петя, но кому это нужно?
Это сейчас второй вопрос! Главное — сохранить хоть один экземпляр.
Но у нее-то самой наверняка есть хотя бы один!
Существует подозрение, что у нее его уже украли!
Петя, что ты говоришь? У кого существует подозрение?
У меня!
Но почему?
Не знаю, это быстро не объяснишь, а сейчас нельзя время терять!
Но что ты от меня-то хочешь? Чтобы я выяснила, не украли ли у нее рукопись?
Нет, и это сейчас не так важно! Главное — выяснить у нее координаты ее машинистки. Она печатает на компьютере, может, до него еще никто не добрался и сама она еще не стерла… Прошу тебя, позвони и под каким-нибудь предлогом…
Петька, помолчи и послушай меня! Мне ничего разузнавать не нужно! Это я порекомендовала Людочку Веронике. Это моя хорошая знакомая!
Баба Маня!
У нее, к сожалению, нет домашнего телефона, только рабочий, а живет она далеко, на Ленинском, там, где Дом фарфора.
Черт, завтра же нерабочий день. А компьютер у нее дома?
То-то и оно, что на работе!
А где она работает?
Точно не знаю, в каком-то институте…
— Значит, и эти люди не смогут до понедельника пробраться к компьютеру… Баба Маня, а адрес этой Людочки ты знаешь?
— Конечно, я сейчас найду в книжке… Так, так… Вот…
И баба Маня продиктовала Петьке адрес Людочки.
Петька, а милиция?
Ну не я же должен туда обратиться, правда? Мне важно спасти рукопись, а остальное пусть делают те, кому положено. Я только с утра смотаюсь к твоей Людочке, и все дела!