— Дамы-дамы. Раз уж прошли фейс-контроль и вернулись, то как же вы локти будите кусать, что так и не порадовали своих мужчин. Ну, нет — так нет. Возвращайтесь к своим мужьям вот так…
И Екатерина вращательно-по-восьмёрке, кружась прошла через обнимания с этой же четвёркой самцов фейс-контроля. Утянула с собой при этом за ручку одну из двух дам. И кружась, влетела в объятия того мужа, который стоял в ожидании того рискнёт ли его супруга пройти обратный фейс-контроль что бы вернутся к нему. Катя, провоцируя всех присутствующих, сама обняла этого мужика.
— Ну смелее, а то если ты не успеешь к своему мужу, то я с твоим мужем такое тут успею… А на ушко мужику прошептала — Скажи жене: «Да оставайся лучше на сцене».
— Светочка — да оставайся лучше на сцене… — Повторил её муж. А как он при этом пытался избавиться от непристойных посягательств к нему со стороны Екатерины! Это надо видеть!
— Да-да — вернешься со сцены, то я тут же твоего мужа изнасилую. А на три минуты побудешь на сцене — и твой муж будет так же счастлив, как и все мужья которые тут ждут короткое трёхминутное твое выступление.
Но дама рванула чрез фейс-контроль. Толком не зная, как именно поступить нужно парням её по ходу только один из четырёх фейс-контрольщиков чуток и ощупал. Обоих вернувшихся со сцены дам и их мужей Ашот и Катя уговори оставаться в 1-й зоне кафе; да и присесть как можно ближе к сцене.
Катя снова вернулась на сцену с микрофоном. Вся разгорячённая от объятий фейс-контрольных парней. И тут же из-за кулисье вывела Фатиму. Фатима была без юбки и складывалось такое ощущение, что и без трусиков. Ну или на столько трусики были чисто символическими…
— Фатима! Ты уже чувствуешь всем своим сексуальным телом. — Катя демонстративно проводила своей рукой по шикарным бёдрам Фатимы. — Что на сцене не хватает того парня, который именно тебя целовал сладостней всех. Выведи его к нам на сцену.
Фатима пошла к парням. А тем временем Катерина в микрофон попросила откликнуться кто тут муж Фатимы и пусть он первым выберет того парня, который ему, как мужу, показалось, что он наиболее откровенно целовал его жену сейчас.
— Ну давай муж показывай, кто страстно желал трахнуть твою жёнушку?
Муж Фатимы показал на парня, который был на четвёртой ступеньки.
— Фатима — этот тебя целовал вкуснее всех?
— Это не плохо целуется, но я почувствовала, как женщина, что меня хочет ещё больше на пацек второй ступеньке.
И тут Ашот и Катя оба обратились именно к тюленю. А ты Сашенька вот ты сам кого больше бы хотел увидеть на сцене того мужчину, что хочет твоя жена или того мужчину, который страстно хочет твою жену. Только быстро, не задумываясь…
— У меня жена всё выбирает — на автомате ответил тюлень.
— Ну а тут выбираю я — тут же высказалась Катерина. — Фатима бери с собой того, кто хочет тебя. Ну ты же знаешь Фатима — раз я так хочу, то наслаждайся выбором своей Хозяйки.
И Фатима подошла к парню на четвёртой ступеньке и так в засос его зацеловала прямо в метре-два стоящем от них её мужа. И стала уводить его за кулисье.
— Я так обожаю, когда меня хотят. — С этими словами она сама хлопком стукнула ладошкой по своим ляжкам.
— А там одного красавца для всех дам хватит? — Уже, потеряв скованность, сказал первый парень?
— А нам, для нашей трёхминутной сценке, нужно, только одного парня. Да и чтобы у всех девушек встали сосочки от возбуждения достаточно и одному парню всем сиськи потискать.
С этими словами Фатима сделала несколько движений своей рукой по своему телу, явно наслаждаясь сама самой. А парень, которого уводила с собой Фатиму именно такие же движения продублировал на теле Фатимы.
— Блин! всех девочек сейчас за сосочки поласкает. А меня… как сайгаком боком обскакал. Что… я же женщина? — не успокаивалась Катя. — Ну а какая же женщина не любит, когда н неё обращают внимания. Особенно если внимание от пальчиков такого настоящего мачо. Итак — ВНИМАНИЕ, ЗАНОВЕС.
И занавес стал чуть приоткрываться с одновременным угасанием света и зале, и на сцене. И вместе с утиханием-утуханием света можно было уловить танцевальные движения Катерины. Пластичные движения Кати превращаются в сгущающем полумраке в забойный стриптиз. Усиливается и забойное ритмичное сопровождение.
Гудёшь-галдёшь зрителей утух. Зал затаил дыхание. Наступила полная темнота и ритмическая мелодия вновь пошла на убыль. Из полного мрака на сцене и тишины в зрительном зале вновь появились лучики света сконцентрированной только на Екатерине. Но позади неё уже и не было занавеса.