Произнёс это Ашот так буднично, что Тюлень хотя и не сразу подчинился. Пока он раздумывал, то Зинка стянула с него штаны на пол. Она сама изогнула одну ногу, чтобы вывести её из штанины и тут же и вторую ногу. И при этом машинально тюлень и сам снял всё сверху.
— С этого утра теперь уже оба супруга по утрам должны быть голыми, ну раз уж ты тут в рот ебёшь свою жену. А то что такое получается — твоя жена каждый день на работе убирает номера голой. Да и голой это делает среди голых мужчин. А сам муж при этом одетый. Зина или ты стесняешься столь мизерного членика своего муженька? Стесняешься, когда рядом с тобой настоящие члены разных джигитов? Зина сколько уже всего членов за эти три дня видела?
— Ну так по бухгалтерии посмотреть можно — мне же за это зарплату начисляют. — отчебучила Зина.
— Вот видишь, что бы голым походить рядом с моей голой служебной шлюхой, люди с большими деньгами расстаются, а ты что, мудак, себе позволяешь — ещё и в рот моей шлюхе спускаешь? А вдруг у неё настроение испортится? Я тогда деньги — потеряю… Зина, сколько мужиков в тебя спустили за эти три дня.
— Да так вот только муж сегодня в рот. Так ведь ты сам сказал, Ашот, что ни гостям, ни мужу — никому не позволено пока ты сам меня и не выебешь. — Тут же соврала Зинка. Хотя именно за эти три дня её ебали особенно усиленно; спуская во все Зинкины дырочки.
— Лано, что-то мы сегодня расслабились. Брысь. Клиенты не должны ждать. А ты — обратился он к Зинкиному мужу — сейчас сам по-выбираешь ту проститутку которые будут трахать клиенты к которым сейчас помчится номер убирать твоя жена. С этими словами он бросил взгляд на журнал-каталог, что лежал на столе.
Тем временем, Зина ушла прямо как есть голой из кабинета Ашота и тут же нырнула в свою комнату, где оделась в наряд гувернантки и ушла на своё очередной утренний заказ. Те, к которым она пошла убирать номер и следом после часовой уборки и трахаться на часик-другой, разумеется всё отлично видели в прямом эфире на своих плазмах. Как, впрочем, это всё видели и все «подписчики».
Этот каталог с трудом и нашли — это был прошлый выпуск «шлюх-гувернанток» более чем годичной давности. Тогда Зинка в гостинице ещё и не работала. В новом каталоге разумеется одно из первых же мест занимала именно Зина. В каталоге, что сейчас тюлень держал в руках было три тогда штатные офисные-шлюхи. С глянцевых страничек смотрели роскошные девки в разных позах.
Ашот так и потребовал оставаться тюленю голым и листать этот каталог. При этом Ашот сухо и коротко пояснял тюленю требования. Как только я принимаю окончательно твою жену в такие же штатные шлюхи, что вот в этом каталоге, то тогда она будет получать тройной оклад.
Но тебе будет разрешено ебать свою жену только по моему персональному разрешению. Ты должен мне от-звонится если захочешь попросить меня, как Хозяина Зинки, потрахать свою жену. Можешь рассчитывать на моё разрешение не чаще чем раз-два раза в неделю.
Или же я сегодня же уволю твою жену. Но она духовно мне подчиняется, и она скорее всего с тобой разведётся. Ты ведь публично ведёшь себя как девочка-дырка. Зинка же понимает, что с её увольнением — я тут же отдам её мужа как «девку-блядь, тем своим клиентам, которые любят ебать вот таких толстых мальчиков-девочек».
Выбирай — или первое или второе, но если второе, то сейчас ты всем нам отсосёшь сейчас же и выйдешь из нашего кабинета только в женской одежде.
Тюлень заёрзался, стесняясь своей наготы. Но под начальственным взором Ашота, тюлень опасался чем-то прикрыть свою наготу. Директор же надавливал и дальше. Ашот приказал:
— 1. сесть на корточки (проговорил при этом ать-два); 2. раздвинуть ноги (три-четыре); 3. Руки скрепить на затылке (ать-два); 4. Грудь колесом (три-четыре). Всё так застыть. С раздвинутыми ногами, на корточках. Внимательно далее слушать босса. Да и именно вот так на корточках с раздвинутыми ногами и отвечать. Отвечать бойко, с задором бравого ХАЛУЙЛА.
Тюлень просиял. Стало тут же ясно, что он обожает подчиняться. Ответ себя не застал долго ждать. Тюлень выбрал первое.
— Ну раз ты сам выбираешь, что хочешь отдать свою жену в мои штатные проститутки, то в знак согласия ещё и залупу на своём членик освободи от капюшона.