И Соня моментально скисла, потому что... Будет.
Никита на тысячу процентов будет против новенького.
Глава вторая. Новый день – новые проблемы
Кажется, это был первый раз, когда Никита не ночевал дома.
Поначалу Соня вздрагивала от каждого шороха, ожидая, когда входная дверь откроется, но после разозлилась, что тот ведёт себя как ребёнок, избегая откровенного разговора, хотя прежде такого тоже не случалось. Такое поведение было совершенно не характерно для её брата, который молчанию и побегам предпочитал разговоры на повышенных тонах и тонну раздражения. Иногда Соня получала даже за то, в чём не была виновата – просто потому, что попала под горячую руку. И не то что бы она предпочла пережить это в очередной раз, но уж лучше бы Никита метался по кухне, гремя посудой, ворча на сестру и матеря весь белый свет, чем пропадал где-то последние восемь часов.
Входная дверь грохнула о стену примерно в четверть четвёртого утра, и Соня вздрогнула, потому что за ночь так и не смогла заснуть. Не желая откладывать всё в долгий ящик, она сразу вышла в коридор встречать брата и остановилась, хмуря брови, спустя всего пару шагов. Теперь было понятно, каким именно способом Никита предпочёл выпустить пар. На нижней губе виднелась ранка, затянутая корочкой засохшей крови, костяшки пальцев обеих рук сбиты, как если бы он все эти восемь часов выколачивал дух из груши – или из кого-то, – а дырок на джинсах явно было больше, чем это изначально задумал дизайнер.
Соня уже собиралась начать возмущаться, но заметив комичное недовольно-виноватое выражение лица напротив, едва сумела сдержать смех.
– Где тебя носило? – недостаточно яростно, но всё же пробурчала она.
– Так, давай без вот этого, – неопределённо махнул в её сторону Никита. – Это я тут старший.
– Так может, и вести себя будешь соответственно, не? Такого даже я себе в переходном возрасте не позволяла!
– Всё, мелочь, брысь спать! – Он развернул сестру за плечи и подпихнул в спину. – И не вздумай будить меня в шесть утра: мне ко второй паре, я сам встану позже.
Соня позволила дотащить себя на буксире до спальни, но прекрасно понимала, что брат откровенно врёт: девушка знала его расписание, и никакого окна у него не было. Но ему всё ещё нужно прийти в себя и привести в порядок и лицо, и голову, потому что у преподов могут возникнуть ненужные вопросы. Её семья и так под слишком пристальным вниманием из-за частых вспышек агрессии Никиты в стенах университета, и лишние проблемы обоим ни к чему.
Жаль, что Ник об этом частенько забывает.
Вопреки тому, что мозг отчаянно просил отдыха, а в глаз словно насыпали песка, Соня и так и не сомкнула до самого будильника. На учёбу она собиралась вяло и без особого желания, но её поступление тоже стоило больших усилий, и в отличие от брата она понимала свою ответственность за это. Покидав в рюкзак тетради и кое-какие учебники, девушка тихо прошмыгнула мимо гостиной, в которой Никита спал, даже не удосужившись раздеться и разобрать диван, и выскользнула в подъезд. Уже там, спускаясь по ступенькам, Соня почувствовала вибрацию в заднем кармане и не сильно удивилась, разглядев номер Алины.
– Как там мой огнедышащий дракон?
Даже не видя лица подруги, Соня готова была поклясться, что слышала в голове улыбку.
– Прилетел под утро, извергая пламень и посыпая голову пеплом, – хмыкнула она в ответ. – Однажды он меня доведёт, честное слово.
– Предоставь это мне, уверена, у меня получится привить ему манеры.
Соня всё же не сдержала ответный смешок.
– Знаешь, тебе можно только посочувствовать. Ты уже два года по моему брату сохнешь, а он тебя в упор не замечает.
– Однажды всё изменится, вот увидишь. – Её собеседница выдохнула, и Соня поняла, что та курит. – Вообще-то, я звоню по другому поводу.
У Сони моментально выбивает весь воздух из лёгких, потому что какое-то восьмое чувство подсказывает: тема для разговора может быть только одна.
– Ты узнала.
Не вопрос – констатация факта.
– А ты сомневалась в моих способностях, детка? – смеётся подруга в динамик. – Я всё расскажу в столовой на большом перерыве, а сейчас ты капец как опаздываешь.