В такие моменты, как сейчас, Соня очень жалела о том, что растёт сиротой.
Спрятав телефон в кармане дрогнувшими пальцами, девушка поспешила в ванную, чтобы хоть немного сбить градус смущения со своего лица и привести себя в чувства. Её конспирация только-только начинается, не хватало спалиться перед Никитой в первый же день... Хотя это сообщение напомнило ей о том, что суббота уже завтра, а с братом на эту тему она так и не поговорила, потому что оттягивала до последнего, но дальше тянуть уже не могла.
Никита как раз раскладывал ужин по тарелкам, когда Соня вернулась на кухню; он с толикой гордости разглядывал макароны с кусочками помидоров и расплавленным тёртым сыром, которые около сорока минут тушил в молоке, и наверняка представлял себя заправским шеф-поваром. При любых других обстоятельствах Соня обязательно посмеялась бы над выражением его довольного лица, но сейчас мысленно просила у брата прощение за то, что сейчас, скорее всего, сотрёт в порошок его хорошее настроение.
– Девочки позвали меня завтра гулять, – тихо, но как можно твёрже нарушила она тишину.
Никита поднял взгляд на сестру и сразу же нахмурил брови; это ещё не говорило о том, что он донельзя разозлён, но Соня была загодя к этому готова.
– Ты ведь знаешь, что суббота только для семьи.
Он говорил вроде спокойно, но девушка интуитивно чувствовала, что слова нужно подбирать крайне аккуратно: один неверный шаг – и случится катастрофа. Хотя и повозмущаться есть над чем, потому что «семья» в понимании Никиты – очень обширное слово, так как сюда входила не только Соня, но и его друзья.
А вот Сонины почему-то в эту категорию не попадали. Обидненько.
– Значит, я позову девочек сюда, – упрямо продолжила.
Это был ва-банк, потому что брат хоть и не против гостей в доме, но это не распространялось на импровизированный «день семьи». Правда, она не подумала, что будет делать, если именно в этот раз Никита возьмёт и неожиданно согласится – закон подлости тоже никто не отменял. Брат цокнул языком, отвернувшись обратно к плите, и по его рваным действиям Соня догадалась, что тот недоволен: этот порядок был заведён им давным-давно, и Ник явно не предполагал, что однажды против этого порядка Соня так взбунтуется.
– Неужели друзья важнее семьи? – пытается вразумить сестру.
Но Соня вразумляться не торопится.
– Почему твои друзья считаются семьёй, а мои – нет? Я вовсе от семьи не отворачиваюсь, и пить пиво каждую субботу невероятно весело, – на последнем слове Соня язвительно закатила глаза, что не укрылось от внимания Ника, – но я девочка. Мне хочется поболтать о девчачьих штучках и при этом знать, что меня поймут и не станут подкалывать. Конечно, Андрей возится со мной и многому научил, но даже с ним я не собираюсь обсуждать ПМС, художку и красавчиков из «Волчонка».
Наверно, Соня нащупала слабое место брата, потому что тот как-то даже брезгливо поморщился и потёр затылок.
Почему-то темы женских разговоров пугали парней гораздо больше, чем фильмы ужасов.
– Ладно, можешь этот день провести с подругами, но я надеюсь, что это не станет постоянной нормой?
На такое отношение к личному Сониному времени и жизни – хотелось надеяться, что она у неё всё-таки будет – можно было бы и обидеться, но Никита такой практически всегда и со всеми и вряд ли делал это со зла.
– Я могу пообещать, что это будет не каждую субботу, – упрямится девушка.
С Даном в этом отношении гораздо проще: можно прикрыться скучными семейными традициями и сказать, что по субботам она не сможет с ним видеться, но ей впервые хотелось проводить больше времени с человеком, который нравится, чем с этой самой семьёй. С одной стороны это заставляло чувствовать себя неблагодарной дрянью – парни вырастили и воспитали её, как умели, дали всё, что могли, а она теперь, вроде как, от них отворачивается, – но птенцы ведь улетают из родного гнезда рано или поздно, так? И сейчас её слегка потрясывало от мысли, что она ведёт себя так лишь потому, что на одном-единственном человеке свет клином сошёлся...