Антон обнял меня сзади и стал рассказывать, чуть раскачиваясь из стороны в сторону.
- Да, праздник. Мы сегодня заключили огромный и выгодный контракт с одной крутой фирмой. На полгода. Это просто супер!
Я повернулась к нему лицом, и улыбаясь продолжила слушать.
- Я теперь буду приходить домой ровно в 5 часов, как ты и хотела. Каждую субботу и воскресенье, каждые праздники - дома. Этот контракт подарил нашей мастерской новую возможность, которую я так ждал и добивался. Теперь у нас все будет по-другому, Танюш!
Я смотрела на него и не верила своим глазам. Как я могла так поступить с этим человеком. Совесть огромным осколком железа скреблась у меня в душе. Я не заслуживаю его. Теперь уже нет. И я должна ему все рассказать. Понимала, что я наверняка потеряю его сейчас на всегда, но я должна. И боясь струсить и передумать я решилась сделать это прямо сейчас.
В самое больное в такой час.
- Я так рада за тебя, Антоша! Ты просто молодец, я очень горжусь тобой и сильно люблю.
Сглотнув нервный комок в горле, я продолжила.
- Ты прости меня что так часто обижалась и не понимала твоей работы. Ты все делал правильно.
Слезы уже почти душили и мне пришлось притормозить и прокашляться.
- Ну что ты, тебе не за что извиняться. Я понимаю, как тебе тоже было тяжело тут одной.
Он снова поцеловал меня. Сердце больно кольнуло.
- Есть за что...
Голос упал до шёпота. Антон стал серьёзнее, и улыбка сошла с его губ.
- Таня, что случилось.
Отвернувшись от него к окну, я собралась с последними силами и сказала эти страшные слова, которые жгли мне горло. А сейчас еще и выжгут сердце моему любимому.
- Я изменила тебе, Антон... Прости меня.
Тишина. Я забыла, как дышать и просто стояла, и ждала реакции мужа. Но ее все не было. Я медленно повернулась и посмотрела ему в лицо. Оно стало грубым и даже жестоким. Подняв одну бровь он спросил.
- Надеюсь, эта шутка.
Если бы, милый.
Я покачала головой и слезы ручьем потекли из моих глаз. Я должна была сказать ему как люблю его, как сожалею о случившемся и как больше всего на свете я хочу остаться с ним, что бы он дал мне шанс все исправить. Но голос парализовало, и я не могла даже прошептать. Он стоял и молча на меня смотрел. Затем с силой зажмурил глаза и протер лицо руками.
- Твою маааать, Таня!
Заорал он на весь дом. Я вздрогнула и обхватила себя руками. Сквозь слезы все-таки удалось выдавить пару слов.
- Прости, прошу... Мне очень жаль, правда...
Он со злостью и болью в глазах шагнул ко мне. Его глаза бегали по моему лицу. Он не пытался ударить или вообще тронуть меня. Просто стоял и смотрел какое-то время сжимая и разжимая кулаки.
- Жаль? Тебе жаль!?
Он отступил назад. Смахнул со стола посуду и пнул стул.
- Да на хрена мне твоя жалость! Я-то думал, что у меня самая лучшая жена на свете, я был счастлив, я делал все это для нас, для тебя, а ты? Как ты могла!?
Он кричал и метался по кухне.
- Кто он?
Я вытерла слёзы, но не ответила.
- Молчишь? Хм...
Горькая ухмылка.
- Действительно, какая мне нахрен разница кто он.
Он ударил кулаком по стене и пошел в другую комнату. Я пошла за ним. Мне не хотелось упускать его из виду. Я так боялась, что вот сейчас он выйдет другую комнату и я навсегда его потеряю. Мне не чем было оправдаться перед ним, оставалось только надеяться на чудо, что он простит.
- Антоша...
Я вошла вслед за ним и тихо позвала его. Он резко обернулся ко мне.
- Что? Что еще ты мне хочешь сказать?
Его запал больно бил, но я понимала, что ему гораздо больнее сейчас и я покорно принимала все это. Я заслужила.
- Прости меня, я правда тебя люблю и очень жалею об этом.
Я надеялась, что он услышит мои слова, я сама едва слышала себя. Меня трясло от стыда и страха, боли, которую я сейчас ему приношу. Он молчал.
- Блядь, не верю... Ну как так то, а? Ну скажи мне почему?
Он уже не кричал, по голосу было слышно, что сам едва держится, почти шептал.
Объяснять ему было нечего. Винить не в чем. Виновата только я. Но делать ему больнее и придумывать какое-то оправдание я не хотела. Поэтому только и могла повторять.
- Прости меня...
На несколько часов в квартире повисла тишина. Антон закрылся в спальне, я все это время ревела на кухне. Больше я к нему не лезла, не пыталась поговорить, давая ему время.