Глава 28
В ожидании Селаада
Утром четвертого дня, выехали обратно в Кара-Ач, снова трясясь в повозке. Два сига из конюшни крепости шли рядом. На одном восседал Урс, второй сиг был без наездника. Баргу пришлось остаться в Наре-Ач, чтобы воплотить в жизнь все мои проекты. Кузнецы деревушки оказались очень расторопны, представив опытный образец арбалета уже к третьему дню. Опробовав, нашел пару изъянов: Баргу вменялось довести арбалет до ума и начать тренировки «призывников» в мое отсутствие. «Ихи-ри» присягнувшие мне на верность, скептически отнеслись к идее овладеть «оружием трусов», продолжая каждый день тренировки на мечах.
Тар, Бид и Барг получили кучу распоряжений: по трем сторонам крепостной стены, предстояло сделать надстройку в виде навеса, чтобы защищать воинов на стене от стрел степняков. Кроме того, следовало заготовить большое количество припасов: для этой цели, поручил Тарку вырыть два глубоких погреба внутри крепости, где продукты могли храниться в прохладе. Следовало запастись железом и деревом для арбалетных болтов. Вопросов было много, все три дня в Наре-Ач, у меня не было свободной минуты, на что Камисса часто обижалась. Биду вменялось приобрести еще пару десятков коров в ближайшей деревеньке, для этой цели выделил ему амальты из крепостной казны.
Приближалось время Селаад, а вместе с ним и вероятность вторжения степняков. Дуга я оставлял в Кара-Ач, чтобы он занимался ку-дарами, что будут приходить, откликнувшись на мой зов. Сирдарий благосклонно принял предложение сделать их арбалетчиками, «ихи-ри» и «лан-ги» неохотно брали в руки арбалет. По моему совету, правитель Сирдаха объявил всеобщую воинскую мобилизацию, удивив все население. Такого никогда еще не было: вопросами войны всегда занимались профессиональные воины. Второй вопрос, эвакуация населенных пунктов, лежавших к востоку от Ара-Ча, встретил сопротивление «деров», не желавших терять прибыль со своих деревень. Тем не менее еще до моего отъезда в крепость, эвакуация началась, но шла крайне медлительно. Возникал вопрос, что делать с вновь прибывшими, разместить всех жителей деревень в городах, было нереально.
Подъезжая к Кара-Ач, видел повозки и людей, тянущихся с восточных территорий. Возле крепостных стен столицы, возникло два поселка, похожих на трущобы. Мычал скот, чувствуя себя неуютно под прямыми лучами сирда, плакали дети и скандалили женщины. Вся картина, что я видел проезжая в городские ворота, напоминала неразбериху, где каждый был представлен самому себе.
— Милый, ты хочешь сразу поехать к отцу? — Камисса перестала дуться, едва увидела картину эвакуации. Она наотрез отказалась остаться в Наре-Ач, аргументируя словами, что место жены рядом с мужем.
— Нет, мне надо смыть дорожную пыль, затем навестить Дуга, узнать, каких он успехов добился. Лишь после этого пойду к Сирдарию, если хочешь, пойдем вместе.
— Мне надо утрясти кое-какие дела. Должен был прибыть наш торговый караван из Гардо-Ач, я приказала забрать все запасы, чтобы мы ни в чем не нуждались. Ты сегодня поезжай без меня, я буду забивать наш погреб запасами на случай долгой осады, как ты предполагаешь.
Мы подъехали к дому, Урс завел сигов во двор. Заходя в дом, крикнул ему, чтобы дал им напиться и поесть сена. Примерно через час нам придется скакать на них вначале к Дугу, а потом и к Сирдарию. Весть о скорой войне витала везде: домашние слуги шушукались о неведомых страшных степняках, об этом говорили горожане, встреченные по пути домой. Я уже собирался лезть в каменную ванну, устроенную на полу, когда меня позвала домоправительница Химана:
— Тебя спрашивает кожевенник Пирт.
Пирт был самый известный кожевенник Кара-Ач: вернувшись с яйцом шипокрыла, начал наводить справки, кто умеет варить бронебойную смесь из яйца. Последний раз, этим занимался отец Пирта, сварив для самого Сирдария непробиваемые доспехи.
— Позови его внутрь, — накинул на себя просторную рубаху, ожидая гостя Пирт оказался невысоким коренастым крепышом с густыми бровями. От него пахло кожей и мочой, а его руки были изъедены химикатами, что использовались в его работе. Войдя в дом, кожевенник остановился, набычив голову он рассматривал меня, легенду Сирдаха.
— Ты сможешь сварить яйцо шипокрыла, чтобы получить особую смесь, — без лишних церемоний, перешел я к сути вопроса.
— Мой отец варил, — голос Пирта был низкий, словно он говорил из бочки.