– Надеялся, ты поправилась, – криво усмехнулся Женя. Я нахмурилась. Нечто острое повторно царапнуло душу.
– Ладно, не переживай, мы найдем тебе других врачей, – ободряюще проговорил Мин и, встав с кровати, начал собираться. Кивнула, ощущая странное оцепенение. Сама привычно оделась и сама же перебралась в кресло-каталку. Муж стоял у двери и смотрел на меня странным взглядом. Что-то неуловимо изменилось, но я никак не могла понять что.
Проводила гостя в столовую, где мы быстро позавтракали. Зная каждый закуток своего нынешнего жилья, я легко ориентировалась и уверенно передвигалась повсюду даже будучи на каталке. Мужчина наблюдал за мной молча. Словно оценивал, что-то выискивал во мне, моих действиях. Это нервировало.
Быстро покончив с завтраком, поинтересовалась:
– Мы можем вернуться домой? – Сама толком не понимая, что теперь для меня означает понятие "дом".
– Да, – кивнул муж. – Документы на вылет одобрены.
– Хорошо, – кивнула в ответ, ощущая странный холод. Холод был не внутри меня, он исходил от Мина. Невольно поежилась, передернув плечами. Этот жест не укрылся от супруга, но он никак не прокомментировал его.
Я молча крутила колёса кресла, выезжая по коридору на веранду, физические действия, как ни странно, придали душевных сил. Мин молча следовал за мной. "Кто этот человек? – подумалось вдруг. – Словно и не муж вовсе. Словно мы чужие друг другу. Почему? Что произошло?"
Мы пересекли веранду, и тут, завидев нас, со стула радостно подскочила и вытянулась в струнку молодая, высокая, стройная девушка в форме кадета МГВА. Она буквально пожирала восторженными глазами Мина. Машинально проследила за её взглядом и отметила легкий блеск в глазах мужа, когда тот кивком головы поприветствовал спутницу.
– Разрешите представиться, – бойко отрапортовала девушка, переводя взгляд на меня. – Кадет Терзи, пятый курс МГВА.
– Вольно, кадет, – кивнула, разглядывая молодое, худое и такое свежее лицо курсантки, на котором лучились радостью и жаждой жизни большие голубые глаза. Тихо вздохнула.
Новая знакомая бросила быстрый взгляд в сторону Мина.
– Я собрала вещи, пока вы были на завтраке. Можем выдвигаться в любую минуту.
Кивнула, показывая, что приняла информацию к сведению. Кажется, происходящее обретало вполне понятные очертания. Мысленно усмехнулась, но вслух произнесла:
– Разве нам не требуется провожатый? – И спокойно взглянула на мужа.
– Тримбелис обещала скоро прибыть, – ответил тот.
– Хорошо. Я тогда пройдусь, попрощаюсь. – Усмехнулась нелепому выражению, заключавшему в себе двойной смысл, развернула кресло и выехала с веранды, не дожидаясь ответа.
Как ни странно, действительно хотелось попрощаться с этим чужим по сути местом, запечатлеть его в памяти именно таким, каким увижу сегодня. Подъехала к знакомому дереву и остановилась, не заезжая под густую крону. Рассматривала качающиеся на ветру розовые листья, впитывая в себя детали, которые прежде были неважны. Небо, разделенное надвое, к которому я успела привыкнуть, и его такая причудливая темная сторона со всполохом молний, из которой так ни разу и не пошел дождь... Горы, увитые лианами, источающими чарующий запах, рождающими ощущение уюта... Водопад, шумящий за равниной, создающий время от времени такие красивые радужные арки…
Глубоко вздохнула. Целых пять лет думала, что заперта здесь. Казалось, этот дикий, пустынный мир – насмешка надо мной. Успела возненавидеть планету, принявшую меня так благосклонно, и вот... Теперь, когда освобождение наконец-то пришло… Память услужливо подкинула взгляд, брошенный девушкой-кадетом на Мина. А потом его взгляды, всё утро оценивающие мои действия. Не хотелось признавать правду, но на самом деле я её уже приняла.
– Лин? – промурлыкал кошачий голос позади. Кивнула в ответ, не оборачиваясь.
– Прости меня, – почему-то произнесла я. Девушка хмыкнула.
– Калеки никому не нужны, Лин, – констатировала она очевидное. Я молчала, глотая горькие слезы. Целых пять лет думала – он любит меня, ждёт… Но ведь любил! Любил!!! Но прошло время, и...
Я обернулась к Тримбелис. Её желто-зеленые, удлиненные глаза с красивыми пушистыми ресницами подернулись грустью.