– Думаю нет. Ты совсем не изменилась. Внутри ты всё такая же. Плаксивая, трусливая, невыносимая тварь. Предательница семьи. Тайна. Нет, ты не Тайна. Ты – фальшивка. Ты – ничто. И останешься такой навсегда.
Крепко держу предмет. Вытягиваю руки перед собой. Поворачиваюсь. Я вижу её взгляд. Он меняется. Резко, в одно мгновение. Страх. Я вижу его в глазах двойника. Дикий ужас. Мне бы тоже было страшно.
– Пора заканчивать представление, верно?
– Ты этого не сделаешь.
– Почему?
– Ты не сможешь убить себя.
– Думаешь? Знаешь, я изменилась. Стала другой. Живой. Я больше не боюсь. Хочу выбраться отсюда и начать новую жизнь. А ты мне мешаешь.
– Тогда, давай. Покажи насколько ты изменилась. Или это всего лишь слова? Вранье? Давай! – странная смесь ужаса и гнева на лице двойника пугает. Мои руки дрожат, но я лишь крепче сжимаю предмет.
– Давай! – кричит вторая я снова и снова. И я решаюсь. Нажимаю на курок. Громкий выстрел прорезает тишину куба.
Вопросы
Смогли бы вы убить человека? Вот просто взять и одним мгновением, одним нажатием на курок стереть его с лица земли? Из своей жизни? Из воспоминаний?
А если этот человек – вы сами? Не задумываясь о том, а что я буду делать дальше? Ни на секунду не обращая внимания на разумные доводы, просто кричащие о том, что не надо, ну, не надо этого делать? Смогли бы? Или всё-таки нет?
Если бы вы на секунду нарушили тишину громким звуком, разрывающей плоть пули, что бы вы почувствовали? Ужас, сковывающий каждую клеточку вашего тела? Кошмар, воплотившийся наяву? Страх, затуманивающий разум? Или… облегечение? Свободу? Легкость от принятого решения и его воплощения?
И что было бы, если бы вы заметили некую деталь, маленькую брешь в стабильной системе? Ту самую мелкую погрешность, что никак не может быть, но есть здесь и сейчас? Сдвиг, дефект, неполадку, помеху, нарушение? Малюсенькую аномалию, что может изменить дальнейшие события и создать новую воронку реальности?
Возможно вы бы задумались? А может быть, из-за леденящего душу страха и стыда за совершённый поступок, вы бы пропустили шанс, подаренный вам недоработкой системы?
Что было бы, если бы вы увидели своими глазами, как пуля проходит сквозь тело, не оставляя следов? Будто всё, что перед вами – это мираж? Выдумка? Галлюцинация? Если бы эта пуля не разбила матовые стены, взырваясь градом осколков? А просто прошла, как сквозь туман?
Вы бы подумали, что сошли с ума? Или получили бы надежду на возможный положительный исход? Веру выйти на свободу? Выбраться из этого странного места?
– Догадалась? – Мой собственный мерзкий голос когда-нибудь оставит меня в покое? – Или всё ещё не можешь сообразить? Глупость – твоё второе имя, а, Тайна? Неужели ты думала, что это всё – это реальность? Неужели и правда поверила, что кто-то может безнаказанно, просто так запереть человека в закрытом лабиринте? И даже пауки тебя ничему не учили? Что ж ты такая тупая-то? Разве Тайна не должна уметь щелкать жизненные задачки как орехи?
Я правда вижу, что по висящему телу гуляют мелкие помехи, как на экране телевизора? Или это только моё больное воображение? Слышу ли я мерное тиканье часов из маминого кабинета или это слуховые галлюцинации? Возможно ли, что всё, что окружает меня сейчас, и я сама в том числе – это лишь иллюзия реальности? Неужели я просто шахматная фигура в очередном бешенном эксперименте моей семьи? И если это так и есть, то какая я фигура? Та, которой запросто можно пожертвовать ради очередной гениальной комбинации? Или ферзь?
А может быть я просто сошла с ума?
– Что ж ты такая глупая, Тайна? Почему ты не видишь то, что лежит прямо на поверхности?
И самый главный вопрос: если я нахожусь в иллюзии собственного разума, как мне выбраться из своей головы?
Потеря
– Тайна, соберись! Мы должны делать всё чётко и быстро: заползаем, забираем, ничего лишнего не трогаем и вылезаем обратно. Поняла?
Мне кажется, что я заболела. В горле нестерпимо першит, щеки горят, будто мне надавали миллион пощёчин, а в голове взрываются фейерверки. Боль точечная, но резкая: взрыв запала, тишина, снова взрыв, тишина. И так бесконечно по кругу.
Брат продолжает что-то говорить, но я не понимаю ни слова. В ушах шумят волны. Руки дрожат, ноги подгибаются. Я осматриваюсь, мечтая где-нибудь присесть. Но натыкаюсь на мамин недовольный взгляд. Она думает, что я снова струсила. Что я вновь хочу сбежать. Непутевая дочь, которой нельзя ничего доверить – это я.