Максим кивнул, и отвернулся.
Во время раздачи листов Августа посетила мысль. Задела ли метка суккуба всех? Само собой, эта метка действует только на мужской пол, но задела ли она всех парней? Этот вопрос интересовал Августа достаточно остро, ведь бывали случаи, когда человеческая воля могла противостоять таким меткам. Август посмотрел на Максима. Тот сиял, если это можно так назвать. Его настроение, источало счастье, как лампочка, что источает свет. Его интересовала учёба, что очень странно, ведь всех сейчас интересует Карина. Занятно.
И вот работы уже на столах. Каждый принялся их рассматривать, с надеждой на лёгкие уравнения, но, их ждало разочарование, задания дали достаточно сложные.
Август одним взглядом уже знал, как способы их решения, так и ответы. Он с лёгкостью приступил к заполнению листа, решениями, пока не заметил Максима. Тот был обескуражен, он смотрел на лист и ничего не писал. В его глазах стало читаться непонимание и встревоженность, а на лбу стали выступать небольшие капельки пота. Август сразу смекнул, что дело пахнет гарью, и решил помочь ему.
- Эй, давай я тебе объясню, как их решить, - шёпотом произнёс Август.
- Д-давай, - неловко прошептал Максим.
Последующее время Август рассказывал о нескольких способах решения такого рода непростых уравнений, Максим же с невероятной заинтересованностью вникал в каждое слово его соседа по парте, попутно решая сами уравнения.
Последнее задание и-и-и, звонок. Максим решил абсолютно все уравнения, и с немного растерянными глазами посмотрел в сторону листа Августа. Тот был практически пуст. Августа это практически не волновало, но вот Максим был взволнован больше.
- Но ты ведь не выполнил свои задания, - заговорил он.
- Ну и ладно, - ответил Август.
- Как же? У тебя будет ужасная оценка! – он опустил взгляд ниже, - и всё из-за меня.
- Меня оценки не волнуют, так что не парься, - попытавшись успокоить высказал Август.
Само собой, оценки его шибко не волновали, вся эта система образования уж точно не подходила ему. Научить чему-то? Это же смешно, чему школа способна его научить? Сомневаюсь, что есть хоть одно учреждение, способное его чему-либо научить. Август посещал школу далеко не ради знаний, его интерес к чужим жизням и решениям иногда мелькал в глубине его разума, а этого уже было достаточно, чтобы временами проявлять интерес к обществу.
- Давай ты мне потом, что-нибудь дашь, в знак нашей новой дружбы, - с оптимизмом и улыбкой на лице сказал Август, само собой с фальшивым оптимизмом, ведь он не хотел, чтобы тот волновался потом из-за этой дурацкой самостоятельной.
- Хорошо, - с улыбкой ответил Максим.
Август вышел в коридор и увидел совершенно обычную для этого дня картину. Дети словно рой насекомых сбегались куда-то, даже думать не стоит куда они бегут, всё очевидно, всё на поверхности. Август последовал за ними.
Дойдя до первого этажа, он увидел практически то же самое, что и переменой ранее. Толпа детей, жуткий шум, ужасный запах. Август сделал тоскливый вздох и сказал, - покажи себя!
Яркий свет. Девочка катается на качелях, попутно смотря на свою маму, та улыбается и раскачивает своё дитя. Детская площадка окружена зелёной травой, а небо поразительно красивое. На нём ни одного облачка, ветер понемногу поддувает, помогая маме раскачивать своего ребёнка. Оба невероятно счастливы, даже несмотря на то, что отца не видать.
Затем будто проматывая плёнку, мы видим следующие кадры. Мама приводит неизвестного мужчину домой, спустя неопределённое время, проведённое на кухне они уходят в спальню, закрывая девочку в её комнате, говоря ей, чтобы та легла спать.
Следующие кадры не менее интересны. Девочка сидит у холодильника и плачет, её мать не приходила домой уже четверо суток, а в доме не осталось и кусочка еды. Она плачет на весь дом, но её уже никто не услышит, ведь она осталась одна. Лампочка холодильника затухает, и вокруг наступает кромешный мрак.
Плёнка перематывается, и мы видим подвал, кругом люди в балахонах, и она, та самая девочка посередине, в середине некой сатанинской пентаграммы. Таинственный человек стоит перед ней, зачитывая некое заклинания, чей язык не похож ни на один человеческий. Кругом всё уставлено свечами, и слышен приглушённый гул. Тьма.
«Я ощущаю лишь тьму, моя жизнь всего лишь вспышка боли, и эту вспышку подарили мне другие люди. Заслужила ли я этого? Нет! Но заслужили они. Зачем изрыгать меня на белый свет? Чтобы обрести меня на муки и страдания? Разве этого я заслужила, Бог? Ради этого ты меня создал? Что-ж, тогда я принимаю твой вызов, сыграем» - в кромешном мраке произнесла она.
Август открывает глаза, наконец осознал масштаб бедствия.