И в то же время Соединенные Штаты далеко не однозначны в матримониальных вкусах своих подданных — по количеству разводов им очень далеко, скажем, до Швеции: в США разводов случается — на сто пар, вступивших в брак, — почти столько же, как в Дании, имеющей в этом смысле репутацию самую респектабельную. И даже развеселые женихи и невесты вроде названных мной вначале не в состоянии повлиять примером на множество американских семей. В конце концов, та же «Книга мировых рекордов Гинесса» сообщает, что супруги Холден из штата Кентукки отпраздновали 7 мая 1972 года восемьдесят третью годовщину со дня своей свадьбы.
Если измерять личную жизнь американцев параметрами, привычными для нас, то окажется, что в стране вполне достаточно счастливых супружеских пар, воспитывающих детей, следящих за своим домом и вообще живущих, как большинство известных нам супругов на свете. Среди моих американских знакомых у большинства семейная жизнь сложилась вполне традиционно; лишь один из них женился дважды, но и это не выходит за пределы норм — ни статистических, ни моральных. Итак, уже в начале главы я позволю себе заметить, что институт брака сохранился пока в Америке, несмотря на многоязыкие смачные репортажи о немыслимом американском разврате, едва ли не вошедшие уже в «порноиндустрию», подчас сочиненные ну прямо-таки с точки зрения потрясенного конотопского гимназиста, впервые увидевшего голую тетю, или президентского проповедника Билли Грехема, возопившего публично: «Грех грядет на род человеческий, отравляя кровь нашу…»
Я здесь не о грехе, хоть разговор о нем всегда весьма интригующ, особенно для публики непорочной. Я подумал сейчас, что лишь в Нью-Йорке, скажем, по статистике, около миллиона совершенно одиноких людей. Все грехи в моем представлении бледнеют перед грехом доведения человека до ненужности; подумалось: откуда ж столько одиночеств у людей пожилых, если в молодости всем так развратно, беззаботно и весело?
Всем? Так развратно, беззаботно и весело?
Если вам придется быть в Нью-Йорке, то, конечно, вы непременно прогуляетесь в центре — по Таймс-скверу и 42-й улице, а может быть уйдете и глубже, в странные просеки нижних улиц Манхаттана, где на прилавках, за витринным стеклом магазинов и неисчислимых зрелищных заведений обнаружите та-а-акое!
…Сразу же сообщу вам, что, насколько мне известно, люди занимались любовью в течение всей истории человечества, вопросы пола интересуют каждое поколение и в каждой стране, но всюду решаются по-своему. Я знаю биографии неудержимых гуляк, выросших на бесплодных, казалось бы, барханах пуританизма, и знаю великих скромников, выживающих при всеобщем разгуле.
Но в Соединенных Штатах порнография стала промышленностью, бизнесом, товаром, настойчиво предлагаемым каждому. Интерес к ней иными торгашами стимулируется так же, как интерес к новым идолам развлекательного дела, — но скольких отучивают от думания, объясняя, что жизнь прекрасна лишь в эротических ее проявлениях! Когда-то за армией возили девиц легкого поведения; во время американского кризиса тридцатых годов в места скопления безработных доставляли «партнерш для танцев»; новый взрыв порнографии совпал с новым кризисом. Здесь все не просто.
Когда голые девицы разостланы по многим обложкам, нельзя забывать, что подписывал эти обложки в печать вовсе не пылкий и впечатлительный юноша. Скорее всего издатель был некто пожилой и глубоко безразличный к девическим прелестям. Но девиц подбирали, дабы повлиять на вас, кем бы вы ни были. В журнальчиках попроще — все совсем откровенно, а «Плейбой», скажем, платит высочайшие гонорары и печатает у себя не только глянцевитых красоток, но и обширные интервью с Джеймсом Эрлом Картером или Жаном-Полем Сартром. Начнете с интервью, а прочтете все — в следующий раз поищете что-нибудь подобное.
Так что все здесь неоднозначно. Количество непристойных журналов может свидетельствовать не только об игривости издателей, так же как продажа водки в розлив не сигнализирует о том, что к власти пришли алкоголики. После сказанного я считаю своим долгом подтвердить сведения о том, что на нью-йоркских улицах имеются порнографические магазинчики и кинотеатры, где вам в цвете и на широком экране покажут все, до чего могут додуматься люди, считающие, что самое важное в человеческом организме расположено не выше, чем на метр от земли. Мужчина с женщиной контактируют в этих фильмах с какой-то яростной изощренностью, не размыкая объятий даже в позах, недопустимых не то что нравственными законами, но и законом всемирного тяготения. Лица не запоминаются, поскольку лица почти никогда не участвуют в действии; я же вам сказал: все события — на метр от земли.