10а: из оружейной городской стражи пропала одна боевая пика
10б: из кухни при столовой городской стражи исчезла половина бочонка солёных огурцов. Связь с пропаже из пункта 10а не установлена…
Глава 4
Проснулся я от того, что кто-то бодро барабанил в дверь кулаком. Немалым таким кулаком, что резко сужает круг подозреваемых. А значит, с учётом интенсивности стука, либо начался пожар, либо на город напали орки, либо — что гораздо вероятнее — Брут решил, что семь утра — это даже поздновато для начала рабочего дня.
— Карл! Подъём! — кто бы сомневался, знакомый голос.
Я сел на кровати, потёр глаза и попытался понять, почему моя спина болит так, будто всю ночь я спал на куче камней. А, ну да, почти так и было — матрас в «Серой щуке» по жёсткости мало уступал брусчатке. Кубик в кармане штанов, которые я даже не снимал — гигиена в Средневековье дело десятое, а так теплее — мирно покоился, не подавая признаков жизни. Вот интересно, а если новые штаны будут без карманов, где он поселится в таком случае? Это нужно хорошо обдумать…
— Иду, иду! — крикнул я, натягивая кроссовки. Левый уже окончательно расползался по швам, правый держался из последних сил. Надо было срочно что-то решать с обувью, а то скоро буду ходить босиком.
— Завтракать будем? — спросил я с надеждой.
— По дороге пожуем чего, — отрезал Брут. — Заказчик назначил встречу на восемь.
Хозяйка таверны сунула мне в руки завёрнутый в тряпку кусок хлеба с какой-то начинкой — судя по запаху, вчерашний кролик, но и на том спасибо. Я надкусил импровизированный сэндвич и поплёлся следом за спутниками — косплеить Шерлока. Или, хотя бы, Ватсона.
Западная окраина Когворка встретила нас смесью зачатков промышленности и развитой нищеты. Дымящие трубы мастерских перемежались с покосившимися лачугами, а запах угля и расплавленного металла — с ароматом помоек и канализации. Народу на улицах было мало, и тот, что попадался, выглядел либо очень занятым, либо очень подозрительным. Иногда — и тем, и другим одновременно. Прямо скажем, не то место, где прогуливаются ради удовольствия. Крыши перекошенные, стены с закопчёнными пятнами, лавки без витрин и с крепкими дверями. Даже уличные кошки тут двигались так, будто готовы в любой момент кинуться в драку за территорию. И совсем не обязательно с другими кошками.
Заказчик ждал нас возле мастерской с вывеской «Кузница Молота и Наковальни» — видимо, местные не заморачивались с креативными названиями. Хотя, возможно, это была многослойная метаирония и постмодернизм. Мужчина лет сорока пяти, в добротной, но поношенной одежде, эдакий собирательный образ честного ремесленника.
— Мастер Борген, — представился он, пожимая руку Бруту. — Спасибо, что пришли.
— Слушаем, — коротко ответила Лира.
— Пропал мой подмастерье, Тим. Неделю назад ушёл вечером из мастерской и не вернулся. Стража говорит — сам ушёл, молодые, мол, такие. Но я знаю Тима пять лет. Он не из тех, кто бросает работу без слова.
— Может, девушка появилась? — предположил Брут. — Или долги?
— Нет, — качнул головой кузнец. — Тим был тихий, работящий. Денег не занимал, в карты не играл. И девушка у него была — Мэри из пекарни. Она его тоже ищет, места себе не находит.
— А стража почему не хочет расследовать?
— Говорят, дел хватает и без поисков взрослого парня, который, возможно, просто решил сменить работу, — Борген скривился. — Но я-то знаю: что-то тут нечисто. В последнее время Тим странно себя вёл.
— Как именно? — спросил Скай, внезапно материализовавшись рядом. Я даже не заметил, когда он отошёл.
— Рассеянный стал. Инструменты не на место клал, в разговоре участвовать перестал. А за день до исчезновения весь вечер что-то чертил на куске железа. Я спросил — что это, а он только головой мотнул и сказал: «Сам не знаю».
— Где Тим жил?
— В комнатке над пекарней. Хозяин сдаёт дёшево, но там тесно. Мэри живёт там же — они собирались пожениться.
— Поговорим с девушкой, — решила Лира. — И осмотрим комнату.
Пекарня находилась в трёх кварталах от кузницы, в более приличном районе. Пахло свежим хлебом — так вкусно, что у меня заурчало в животе, завтрак совсем не впечатлял. Мэри оказалась миловидной девушкой лет двадцати.
— Тим... — она всхлипнула, — он не ушёл сам! Что-то случилось, я знаю!
— Расскажи, что происходило последние недели, — мягко попросила Лира.
— Он стал нервный, — Мэри вытерла глаза краем фартука. — Всё время оглядывался. А за неделю до... до того, как он пропал, рассказал мне странную историю.