Добежав до края, ничуть не смутилась, а со стуком прыгнула на самый бортик. Обернулась.
– Ты ведь не убьешь меня? – крикнула она во весь голос, так, чтобы я услышал.
Я только плечами пожал. Что хочешь, мол, то и думай.
А она – распахнула руки в стороны, постояла так, покачиваясь.
– Лови!! – звонко крикнула, охваченная весельем и солнцем.
Сложила ладони на груди и упала спиной вперед, в пропасть 25-ти этажей.
Секунду спустя я налил себе еще пуэра из термоса, и отпил, мысленно отметив: за упокой.
После – не торопясь подошел к бортику и осторожно посмотрел вниз, где на асфальте теперь красовалось в неестественной, искореженной позе тело, от которого уже начинали вырисовываться кровавые ручейки. Поодаль собирались люди, не в силах оторвать взгляд. Одна женщина рухнула в обморок. Кто-то уже посматривал наверх. Порыв ветра смахнул с головы капюшон и дал воздушного подзатыльника.
– Я знала, что тебе плевать, но не знала, что настолько. – негодующе прошептала она мне в уши.
– Нечего было падать – невозмутимо ответил я ветру. – 25 этажей все таки. На что надеялась? Что я придумаю внезапную связку воздушных шариков? Или батут?
– Ну, хотя бы… – обиженно просопела она. – Теперь буду до конца дней распахивать настежь форточки, приносить тебе насморк и воровать шапки.
– Живу на чердаках, закаляюсь и ношу капюшоны. – отмахнулся я от новоявленного Ветерка, как от назойливого комара, допил пуэр и пошел обратно, к вещам. – То же мне, напугала ежа голым задом.
В полной тишине собрал рюкзак и уже было собрался уходить, как вдруг ветер вновь зашелестел, а в ушах опять зазвучал ее шепот, на сей раз ехидный:
– Я никогда и ни за что себя не проявлю. Нигде и ни при каких условиях. Просто буду рядом – когда ты станешь выбираться на крыши и гулять по граням всех Городских пропастей. И однажды, когда ты решишь по-настоящему рискнуть и пойдешь там, где даже ритм твоего дыхания решит твою судьбу… когда окажешься подобен невесомой былинке на натянутой струне, я просто легко дуну тебе в затылок – и ты полетишь навстречу Смерти. До встречи…
– С-сука! – окаменев, громко сказал я, не веря своим ушам. – Рыжеволосая сука.
Ветер торжествующе всколыхнул мои волосы, нежно коснулся губ. А после – утих совсем.
Я оглянулся – вокруг было тихо и спокойно. Город простирался от края до края горизонта, маня несчетным количеством неизведанных крыш. Казалось бы – иди и иди себе куда захочешь и ничего не бойся.
Но я знал – теперь она рядом. Ждет.
Тварь…
9. Три сына
Было у Царя три сына.
Старший умный был детина. Средний был не так, ни сяк. Младший – вовсе был дурак.
Поехал Царь в другую страну по делам царским и спрашивает у трех сыновей: «Чего вам, сыновья, привести из страны заморской?»
Старший говорит – Я хочу силы неудержимой. Привези мне стук, эхо которого до неба волну прошибает. Привези мне бой, который землю вдаль и врозь поперек пробивает.
Средний говорит: – Я хочу ловкости неуловимой. Привези мне молнию, что по небу скачет от края до края, сама в себе от себя сгорая, никого к себе не пуская. Привези мне волну по берегу текучую, саму себя зовущую, сама от себя бегущую.
Младший говорит – А я хочу пустоты незримой. Привези мне болотную туманную дымку без веса и тени, в которой есть лестница со спуском без ступеней. Привези мне облака край, с которого сойти можно не вставая – бери и шагай.
Отправился царь в другую страну и скоро вернулся обратно.
Привез он старшему сыну – силу неудержимую.
Привез среднему – ловкость неуловимую.
Привез младшему – пустоту незримую.
…
Долго ли, скоро ли.
Напал на царство могучий враг, которому нет числа.
Вышел навстречу врагу старший сын. Началась битва. И нет сильнее его мощи, одолеть его – как одолеть Солнце.
До сих пор бьет врага старший сын, до сих пор машет палицей.
Вылетел навстречу войску средний сын. Началась погоня. И нет быстрее и ловчее его, догнать его – как поймать в руки ветер. Убежать от него – как убежать от молнии.
До сих пор ловят, а он – до сих пор убегает. До сих пор догоняет – а враг до сих пор пытается убежать.
Ворвался враг в покои младшего сына. А сына там нет.
Да и покоев самих тоже нет.
И врага тоже нет.
И битвы нет.
И ничего.
Нет.
10. «Физик + Лирика»
Почтальон сунул письмо в дверную щель когда я застегивал последнюю пуговицу на строгом пиджаке.
Конверт абсолютно белый, с тонкой строчкой моего адреса, но я сразу узнал отпечаток ее помады на линии склейки. Да и как не узнать? Сочный, красный, томный – легкая волна сучести разошлась по квартире еще до того, как конверт упал на пол.