– Перепишите мне адрес, Берн. Я как раз еду в Ловенну и сама навещу этого… родственника.
Благодатный край
Ловенна встретила их свежестью, тишиной раннего утра и запахом яблок. Выбираясь из экипажа, разминая затекшие от долгой неподвижности ноги, Малика все озиралась по сторонам – а не выстроились ли вдоль дороги плетеные, потемневшие от ночной сырости, корзины с ароматными плодами? Но нет. Яблок она не увидела. Зато бросалось в глаза солидное количество лошадиного навоза, глубокие колеи, которые в дождь должны были превращаться в непроходимые болота, и деревянные дома, большие и неуклюжие, застывшие бурыми медведями среди буйной зелени.
Над черепичными крышами домов занимался рассвет. А еще чуть выше в небо вгрызались горы-клыки, сплошь покрытые черными оспинами и кое-где обернутые туманом.
– Благодатный край, – насмешливо подытожил Марио Игиро, – так всегда бывает. Самые черные, самые жуткие преступления совершаются в таких вот тихих и далеких от городской суеты местах. Кто знает, что нас здесь ждет, а?
Малика не ответила. Она щурилась на восходящее солнце, а заодно пыталась разобрать, что за черные точки покрывают горы. Потом ее осенило:
– Это пещеры мятежных лунников?
Подвижную половину лица Марио осветила добродушная улыбка.
– Можно подумать, ты их никогда не видела.
– Только на картинках в каталоге путешествий, – пробормотала ведьма, а сама – в который раз – подумала о том, что все ее желания имеют свойство исполняться. Она вспомнила, как с тоской рассматривала каталог и мечтала о том, что когда-нибудь… когда соберет достаточно деньжат, а в Академии будут каникулы… И вот тебе, Малика Вейн. Хотела посмотреть на пещеры? Получай!
– Пойдем, – Марио добродушно хлопнул ее по плечу, – нам нужно найти гостиницу «Глаз дракона», а потом навестить здешнего инспектора.
– А почему «Глаз дракона»?
– Мне говорили, что в этой гостинице хотя бы кормят прилично. Будем кушать жаркое на первое, а печеные ловеннские яблоки под медовой глазурью на десерт.
Ведьма поежилась: ветерок с гор дул свежий, пробирал до костей.
– А что, лунники до сих пор живут в тех пещерах?
– Разумеется, нет, госпожа Вейн. Здесь лунники живут рядом с людьми, что, надо сказать, последним наруку. Хочу напомнить, что в Ловенне ни одного человечка не умерло от лунной немочи, а это что-нибудь да значит.
– Это значит только то, что местные не пытались жечь лунников, – пробурчала Малика.
Она едва успевала за широко шагающим Игиро, и это невзирая на то, что он тащил оба чемодана: свой и ее.
– Совершенно верно. Если быть более точным, то сюда приезжали карательные отряды, но лезть в горы, чтобы доставать лунников оттуда, никто не отважился. А жители Ловенны еще и предупреждали детей ночи о том, что-де едут по ваши души клирики из Пражена… Ну, или откуда там еще…
Палач помолчал задумчиво, потом добавил:
– Мне очень не нравится дело, из-за которого мы сюда прибыли. То, что лунник начал убивать людей, говорит о том, что в прекрасном ловеннском яблоке поселился жирный червяк. И я совсем не уверен, что этим червяком является сбрендивший лунник.
– Мы ведь пойдем к инспектору?
Марио скривился.
– Да, конечно. К очередному провинциальному болвану, возомнившему себя гением сыска. Вот он и расскажет, как обстоят дела в этом тихом уголке Этернии.
Ведьма старалась успевать за Марио, перепрыгивать через кучи навоза, а заодно пытаться думать о своем первом деле. В голове, правда, вертелась мысль и о том, что ей придется разыскивать в Ловенне одного лунника по имени Брай Рутто. Малика очень надеялась на то, что невзирая на фамилию, Брай не окажется таким же ядовитым субъектом как его дальний родственник из Блюменса.
– О, вот мы и пришли, – наконец оповестил ее Марио.
Ведьма подняла глаза и невольно отпрянула: вровень с ее головой на ржавой цепочке болтался круглый булыжник, усердно разрисованный красками. Судя по всему, это и был тот самый «глаз дракона». Ибо откуда хозяевам гостиницы взять глаз настоящий, когда дракон есть чудище мифическое? И ведьма приготовилась увидеть пропахший луком и вином зал с закопченным потолком и обилием мух.
…Но внутри, на удивление, оказалось очень и очень мило.
Обеденный зал поразил ведьму чисто выбеленными стенами, гирляндами красного перца и чеснока под потолком, наглаженными скатертями. Пахло приятно. Не подгоревшим жиром, а едой, причем мясной. В ответ на звон дверного колокольчика мгновенно прибежала тоненькая девушка, на ходу заплетающая льняную косу. Малика только вздрогнула, когда на нее испытывающе уставились желтые, с вертикальными зрачками, глаза.