"Да что это? Или кто?" — подумал Влас.
Им овладело страшное любопытство, справиться с которым не хватило бы сил даже у исполина. Влас, ведомый этим сильным чувством и позабывший обо всём на свете, встал на цыпочки и аккуратно, чтобы не наступить на сухую веточку и не спугнуть того, кто всхлипывает, пошёл на звук…
И тут, Адамант, от которого Влас не слышал ни звука, кроме тихого поскуливания вдруг начал громко лаять и набрасываться на Власа, вцепившись в штанину и оттаскивая в противоположную сторону.
Влас как-будто очнулся от оцепенения. Внешняя сила, с которой Адамант отвлекал и оттаскивал Власа оказалась сильнее его внутреннего любопытства.
— Да что ж такое! — спросил Влас. — Адамант, что происходит? Отпусти немедленно!
Но пёс не сдавался и Влас поддался его настойчивости. Он тянул и тянул куда-то, потом отпустил штанину и призывно гавкая и показывая головой, мол пойдём за мной! Скорей! Потрусил целенаправленно, а Влас поспешил за ним.
Вскоре лес стал редеть и забелела опушка. А приблизившись ещё немного, Влас увидел сквозь деревья полянку, а за ней деревню. Когда вышли на полянку, Адамант стал весело скакать вокруг и радостно лаять. Власу тоже стало радостно, так как будто он избежал какой-то опасности и это не было связано с тем, что он заблудился.
Солнце клонилось к закату.
— Неужели мы так долго пробыли в лесу? — проговорил вслух Влас. — По моим ощущениям не больше пары-тройки часов, а оказывается, уже вечер. Только сейчас он вдруг понял, что очень голоден и хочет пить.
— Адамант, бедняга, и ты голоден и страдаешь от жажды. Прости меня и спасибо тебе, друг.
Глава 4
Влас подошёл к дому, открыл калитку и Адамант, проскочив быстрее во двор громко залаял. На крыльцо вышел дед Егор и от удивления открыл рот:
— Адамант! Что с тобой стало?! Отродясь твоего голоса не слыхал. Вы где были? Вас дома не было целый день? — спросил он у Власа.
— Дед, понимаешь, тут такое дело, я почему-то очень рано проснулся, крепко после бани спал, видимо выспался, мы пошли прогуляться с Адамантом, ну и забрели в лес. — стал рассказывать Влас.
— В лес?! — переспросил дед Егор.
— Ну да, в лес… — сказал Влас.
— Да, что ж ты без спросу-то? Ай-яй… ай-яй… — запереживал дед. — Пойдём, пойдём в дом, голодный как волк, по глазам вижу. А во время ужина всё расскажешь подробно. Пойдём, Адамант, кормить и тебя буду. — сказал дед Егор, погладив собаку по голове.
Стол он быстро накрыл, еда вся простая, с собственного подворья, от того особо вкусная: варёная картошечка, огурчики хрустящие, сальце с прослойкой кусочками тоненькими нарезал, хлеба домашнего краюху, да чайник заваренных, душистых трав.
Влас накинулся на еду, как будто не ел месяц. Адаманта дед Егор тоже сытно и щедро накормил.
— Ну теперь рассказывай. — сказал дед Егор, когда Влас довольно вздохнул, всё запил кружкой тёплого отвара и вытер руки об льняное полотенце.
— Лес очень красивый, дед, необыкновенный просто! Я так залюбовался деревьями, заслушался птицами, что даже не заметил, как оказался в глубине. И назад выхода ни за что бы не нашёл! Но я сам виноват, я даже не сориентировался, как надо, ни на что не посмотрел, когда в лес заходил, даже с какой стороны был восход солнца. Спасибо, Адамант меня вывел. Если б не он… Он теперь мой друг навеки… Спаситель мой… — сказал Влас.
То ли от пережитого, то ли от того, что рано встал, а может от того, что много насыщенным кислородом дышал, Влас почувствовал, что веки его тяжелеют, а язык почти не слушается, только голос деда сквозь полузабытье:
— А что необычного видел?
— Странного человечка, в серой одежде, он о чём то сильно горевал, страдал и даже стонал, как будто от зубной боли. Я хотел посмотреть, Адамант не дал, не пустил, лаять начал и из леса тут же вывел меня. — рассказывал заплетающимся языком Влас.
— А тебя тянуло к этому человечку? — спросил дед Егор.
— Очень, не было сил сопротивляться… — сказал Влас. — Как и сейчас… Нет сил сопротивляться сну…
Его голова отяжелела и он облокотившись на стену и засопел. Только слышал сквозь сон обрывки фраз деда:
— Вот же ш дубина стоеросовая, коряга трухлявая! Снова в наш лес пожаловали… Эх! Эх! Стар я стал! Как бороться?…Да видно не зря Василий Власа прислал, наверное неладное почувствовал. А может и знал… Что же делать?…
Адамант у ног деда Егора тихо поскуливал.
— Это ж надо, тебя, самого молчаливого пса говорить заставили! Что, Адамант, страшно тебе было?