— Это извините, что сейчас было? А, ваше высокопреподобие? Вы кто? Восставший из зада?
— Брешут людишки. — без особой уверенности в успехе заверил его Псих. — У них языки что помело.
— Может, и брешут. — не стал спорить атаман. — А может, и нет. Я тогда развеивание иллюзий на вас наложу? Если брешут — вам, ваше высокопреподобие, бояться нечего.
Он щелкнул пальцами, развеивая заклинание, и без паузы продолжил:
— Вот же ты гнида приматская. И ведь почти развел.
Как раз на этих словах Псих и закончил просчет ситуации. Он сшиб посохом облезлого, заслонявшего дорогу и одним огромным прыжком сиганул в коридор. Где со всех ног помчался к выходу, благо, дорогу помнил хорошо.
Не до рясы. Успеть бы выбраться. Желательно — живым. Про «здоровым» речи уже не идет.
Черный в ярости взревел медведем, взмахнул непонятно откуда взявшейся пикой и бросился вслед.
В это время из двери вышел секретарь с рясой в руках и удивленно посмотрел след ветреному начальнику.
А начальник в это время ревел сиреной:
— Рота в ружье! Все к выходу! Выход перекрыть! Бегом, бегом! Гасим его! Наглухо гасим, чтобы не выскочил!
Бой в коридорах пещеры Псих запомнил надолго.
Он успел пробежать примерно две трети пути, когда ему навстречу начали выскакивать вооруженные демоны.
Одна радость — подчиненные Черного оказались плохо обученными и, что греха таить, в массе своей туповатыми. Вместо того, чтобы сбиться в плотный строй на выходе и тем подписать Психу смертный приговор, они выскакивали в коридор поодиночке, где их немедленно отправляли на перерождение. Но каждый такой идиот хоть на несколько мгновений, но замедлял бег Психа, а сзади его нагонял отставший поначалу Черный. Когда шаги атамана зазвучали совсем уже рядом, незадачливому шпиону, чтобы не получить пику под лопатку, пришлось остановится и встать спиной к стене.
Побег «на рывок» закончился, Псих начал методично и медленно — по шажку — пробиваться к выходу.
Как уже было сказано, банда Черного не отличалась особой выучкой. Представление о рукопашном бое практически у всех было чисто молодецкое: «Дай-ка я тебе врежу от души!». Поэтому они изрядно мешали друг другу и атаману, и оставляли Психу шанс.
Он не стремился убивать — протиснуться в нужном направлении было куда важнее, а живые неумехи мешали единственному опасному противнику — Черному — куда сильнее, чем трупы. Трупов, впрочем, тоже хватало, и атаман демонов чуть не взбесился от ярости, наблюдая, как тает его банда, а проклятого обезьяна так и не получается заблокировать. Фальшивый старикашка выскальзывал, протискиваясь, как мокрый кусок мыла между ладонями.
Но и платил Псих за свое продвижение дорого. Полную цену платил. Рядовые демоны доставали его редко, но противников было слишком много и вскоре Псих был в крови с головы до ног. Конечно, в большинстве это были царапины, но в толчее он пропустил три хороших укола от Черного, а вот это было уже серьезно. Больше всего монах боялся истечь кровью и ослабеть на выходе, в шаге от свободы. Хотя злая судьба и без того в последние дни строила ему пакость за пакостью.
Но не в этот раз.
Добравшись, наконец, к выходу, и оказавшись в двух шагах от запертой двери, Псих как будто обрел второе дыхание. Резко ускорившись, он принялся методично убивать всех, стоявших между ним и вожделенной свободой. Вскоре живым у двери остался только один — тот самый козел-привратник.
И вот тогда незваный гость впервые открыл рот:
— Открывай дверь. У тебя 15 секунд. Откроешь — у тебя будет шанс. Я помогу. Нет — умрешь с гарантией.
Козел, как ни странно, решение принял мгновенно и кинулся к двери, звеня ключами.
— Ты че делаешь, сука?! — взревел Черный, который в последние минуты производил впечатление буйно помешанного — разве что пена изо рта не шла. — Живьем сварю!!!
— Ты меня сперва поймай! — не поворачиваясь, огрызнулся козел, открыл дверь и первым прыгнул наружу. Почти столкнувшись с ним в воздухе, следом из пещеры вылетел окровавленный Псих.
Приземлившись, он тут же подвесил в воздухе портал, куда, не теряя ни секунды, бесцеремонно забросил козла-перебежчика. Выбежавший из пещеры Черный успел увидеть лишь высокий прыжок врага и зеркало портала схлопнулось на его глазах.
Атаман в ярости воткнул пику в землю и страшно завыл прострелянной насквозь волчицей.
Козел и Псих вывалились из портала в дремучем лесу.
— Где мы? — проблеял перекинувшийся привратник, глаза у которого были совершенно безумные. — Я думал, ты в монастырь портанешься.