Снова любить. Жить одной с ним жизнью.
Но слишком хорошо она помнила, какие невыносимые мучения причинили они друг другу.
Лейси закрыла лицо руками и заплакала. Как тянули ее к себе его губы, руки, все его тело!.. Это на всю жизнь. Но если она позволит этим чувствам победить, у нее не будет сил уйти.
Погруженная в свои мысли, она автоматически достала следующую шелковую блузку и уложила в чемодан. Он умолял дать ему еще одну возможность – ласково, горячо, а потом яростно и настойчиво – всеми способами, против которых не могла бы устоять любящая женщина.
Лейси как будто снова видела его горящие глаза, буквально прожигающие ее, его сильные руки, прикасающиеся к ней так, что все ее тело готово было отдаться его ласкам, его губы…
Боже мой! Все сплелось в один клубок: желание, и отчаяние, и острое чувство потери. Ну сколько можно себя мучить? Неужели она и так не знала, что он будет думать о ней, когда к нему вернется вся память?
Она не спала с Сэмом.
И ни с кем другим. Но разве он ей поверит?
Только с Джонни – много, много лет тому назад.
Сколько бессонных ночей провела она в одиночестве, мечтая о мужской ласке, о любви? И не могла решиться искать ее в объятиях поклонников, которых было немало в ее светской жизни и которые время от времени давали ей понять, что готовы на все ради нее.
Однако ей были нужны не другие, а Джонни, и только Джонни.
Но зачем тогда она уходит? – Потому что должна.
Потому что, если Джонни простит ее за Сэма и за все другое, то никогда не простит ее за Джо. А Джо пока слишком хрупок, чтоб вынести еще и этот удар, тем более сейчас, когда в Джонни столь живы обиды. Она вспомнила, как холоден и отчужден он был раньше. А сейчас, узнай он все о Джо, был бы еще хуже. Ей становилось не по себе при одной мысли, что Джо может попасть между молотом и наковальней, став жертвой сражающихся за него родителей. А как все воспримет сам Джо, если узнает? Ей и так выпало не много любви, но потерять еще и Джо…
Нет, сначала ей надо устроить Джо, увезти его в безопасное место, где она сможет уделять сыну то внимание, которое не мог уделить ему Сэм и ей не позволял. Прежде чем пытаться наладить отношения с другими, надо наладить отношения с собственным сыном.
А потом еще Коул. Полиция не разрешает ей уехать из страны, но и защищать ее не собирается. Если она не заберет Джо и не убежит, он рано или поздно достанет их.
Так размышляла Лейси, стягивая с вешалки одежду и бросая ее в кучу на полу. Вообще она отличалась аккуратностью, но сегодня комнаты служанки на первом этаже дома Дж. К. являли собой картину поспешного бегства. Всюду царил беспорядок. На стойке громоздилась немытая посуда. В комнате Джо творилось вообще черте что. Когда она велела ему прибраться, он только пожал плечами с надменным видом, как это, бывало, делал Джонни, дескать, отстаньте от меня все, и смотался наверх смотреть по телевизору футбол с Марио, старшим приемышем Хани. Нерон поднял свое единственное ухо, заскулил с обиженным видом и поплелся за своим хозяином, только его и видели.
Джо уже давно было пора в постель, но из нее никудышный надзиратель. А ее ласки на него не действуют. Он ее ни в грош не ставит. Но как может быть иначе? Она сама бросила сына на руки прислуги и его гувернантки-австриячки, и он привык, что за него все сделают.
Когда Лейси бывала с Джо, она испытывала такое чувство вины, что он мог веревки из нее вить. И с момента их переезда в Сан-Франциско она почти не уделяла ему времени, потому что Джо ходил в школу, а она – к Джонни в больницу. Но с послезавтрашнего дня она всю себя посвятит сыну. Впрочем, ему это не особенно нужно, да он и ехать-то не хотел.
Наоборот. Джо привык к независимости, и ему нравилось в Сан-Франциско. Он много времени проводил с Марио и Хитер. А крошечные комнатки квартиры для прислуги его не смущали.
– По крайней мере я теперь тебя вижу, – как-то утром бесстрастно возразил он на ее извинения за то, что им приходится ютиться в трех комнатушках.
Он не часто снисходил до разговоров с ней, а если уж говорил, то умел больно ранить ее.
Лейси ранило и то, как он тянется к Дж. К., явно предпочитая его матери. Он готов был повсюду ходить за Дж. К. – так стосковался мальчик по мужскому вниманию.
Джо всегда тянулся к отцу, но все его попытки сблизиться с ним ни к чему не приводили, а, наоборот, только еще больше отталкивали Сэма, которому неприятно было видеть мальчика, не являвшегося на самом деле его сыном. Джо, конечно, не мог понять, отчего так безразличен к нему Сэм, и всячески пытался привлечь его внимание.