Джонни Миднайт был бы отличным отцом.
Боже мой… об этом лучше не думать.
Но она ничего не могла поделать.
Джонни был так поразительно терпелив с детьми. Взять хотя бы эту маленькую Амелию. Он и с близнецами Сэма замечательно обходился. Джо, так страстно мечтающий об отце, души бы в нем не чаял. А Джонни…
Но теперь уже слишком поздно. Проблемы Джо ложатся на нее одну, и никому, кроме нее, их не решить.
Лейси закрывала крышку чемодана, когда Нерон отчаянно залаял наверху на кого-то на улице.
Лейси услышала, как кто-то быстрыми шагами приближается к входной двери.
Нерон сбежал по лестнице, оскалившись и рыча.
Вспыхнула молния, но Лейси побоялась приоткрывать жалюзи, чтобы посмотреть, кто там.
Было уже около одиннадцати. Она никого не ждала. Бурн, их телохранитель, ушел на ночь.
Зазвонил входной звонок, громко раздаваясь на лестнице, вьющейся до пятого этажа с хозяйскими апартаментами, террасами и лоджией. Пугающий лунный свет лился сквозь стеклянный купол над лестничным колодцем, придавая незнакомые очертания картинам на стенах и мебели.
По двери заколотили кулаком, и Нерон стал прыгать как бешеный. Сердце в груди у Лейси тоже громко стучало. Она медленно отступила от двери. Во рту пересохло.
Нерон встал на задние лапы, опершись передними о дверь, и яростно лаял. Звонки и стук внезапно прекратились; Нерон присел, продолжая рычать.
Джо появился на лестничной площадке наверху и свесился вниз через перила.
– Мам, нам так дверь вышибут. Ты собираешься открывать или нет?
Лейси так и подскочила.
– Да, да, сейчас. Иди, смотри матч.
По оконному стеклу забарабанил перстень на руке пришельца.
– Лейси, это я, Джонни. Открой дверь.
Джонни. Она вздохнула с облегчением. Но тут же вспомнила о Джо.
– Сидеть, – приказала она Нерону. Потом отключила сигнализацию и впустила Джонни. Выглядел он прекрасно, просто потрясающе: в плотно обтягивающих джинсах и белой накрахмаленной рубашке.
Небо вспыхнуло и погрузилось во тьму. Загрохотал гром. Джонни запер за собой дверь, включил сигнализацию, набрав сложный код по памяти.
Лицо его посерело и осунулось. Под глазами легли темные тени. Он держался на одной силе воли. И злости.
Та же злость, что отшвырнула ее десять лет тому назад.
– Никак дождь начинается, – негромким голосом произнесла Лейси.
– Ты же знаешь, что в Сан-Франциско дождей не бывает.
– Только когда мы вместе.
Глаза их встретились, и она вспомнила другую ночь – из другой жизни.
Нерон нетерпеливо облизывался. Лейси приказала ему сидеть, и он заскулил, дрожа всем телом и никак не успокаиваясь.
– Он готов с потрохами слопать меня. – Джонни сощурился. – Совсем как ты. Готов поспорить, его приручить легче, чем тебя. – И как бы в доказательство он присел, чтобы Нерон обнюхал его руку. Не прошло и секунды, как Нерон завилял хвостом, всем видом показывая свое дружелюбие. – Что это, братец, у тебя с ухом? Неужели тебе повстречалась зверина еще покруче, чем ты?
Лейси не вслушивалась в слова – ее ласкала его певучая интонация, которую она так любила. Она смотрела, с какой легкостью он очаровал пса. Опершись спиной о стену, она облизала пересохшие губы.
Ему и ее всегда легко было очаровывать – слишком легко.
Миднайт медленно поднялся с корточек.
– Вот тебе и сторожевой пес, – произнес он холодно.
– Мы… вроде… попрощались, – прошептала Лейси.
– Точно. – Голос его стал глубже, жестче. В глазах, пожирающих ее трепещущее тело, облаченное в слишком тонкий шелк халатика, полыхал мрачный огонь. – Но, боюсь, наше прощание было преждевременным. – Взгляд Джонни стал мрачным. Он рассматривал ее беспорядочно рассыпавшиеся волосы и побледневшее лицо.
Лейси плотнее запахнула полы халатика.
– Я… я… собирала вещи.
– Вижу. – У него задергались уголки губ. – Столь очаровательная особа могла бы приятнее проводить вечера.
– У меня действительно дел по горло.
– А мы что, дурака валяем? – Он так и не сводил с нее глаз.
Лейси готова была сквозь землю провалиться. Надо было надеть что-нибудь посущественней. Она стояла перед ним словно голая. Щеки ее заалели.
– Мне надо успеть к самолету.
– Никуда тебе не надо, Тростиночка, – с уверенностью возразил он.
– Джонни… – Она взглянула на него с вызовом.
А Джонни разглядывал тем временем велосипед, футбольный мяч, туристический буклет по Алкатрасу с загнутыми уголками, брошенный Джо. На маленьком столике вперемешку валялись сокровища и хлам: два куска мрамора, четыре камешка, скорлупа арахиса и пара бумажек от шоколадок.