– Аат сказала, что Великая царица любит Тедимут, – напомнил я Хепри. – Зачем же ей сваливать вину на Тедимут – и посылать за ней стражников?
– Судя по тому, что я слышал, царскую семью мало заботят слуги, – сказал Хепри.
У меня шерсть встала дыбом.
– Что ты такое говоришь?
– Я говорю, что они не воспринимают слуг как людей из своего круга, – спокойно сказал Хепри. – Они вряд ли задумываются о тех, кто делает их жизнь такой простой и приятной. Если недосчитаются повара, или садовника, или подносчика сандалий, просто возьмут нового.
Последовала неловкая пауза. Неловкая для меня, по крайней мере. Мне не хотелось признавать это, но Хепри верно рассуждал. Я сам видел, как слуги приходят и уходят, и никто в царской семье не плачет о них.
– Сейчас лучше, чем раньше. – Вот всё, что я мог сказать. – Старый фараон и Царица-мать были намного суровее со слугами. Люди говорят, что фараон – милостивый хозяин. И, конечно же, Великая царица славится своей щедростью…
– К своим любимчикам, – отрезал Хепри. – К таким, как Аат.
Я вздрогнул при упоминании её имени.
– Ладно, ладно. Значит, Великая царица не всегда делает правильный выбор, с этим я согласен. Но она не жестокая, Хепри. Нужно быть настоящим демоном, чтобы повесить это преступление на Тедимут, как и все мучительные последствия.
– Возможно, она рассчитывала, что Тедимут найдут без сознания на полу, – предположил Хепри. – Так было бы очевидно, что девочка – жертва похитителя, и она избежала бы наказания. Великая жена, вероятно, не планировала, что Тедимут сбежит.
– Ты мудришь. – От разговоров обо всех этих мотивах у меня трещала голова. – И вообще, зачем нам столько подозреваемых? Спорим на что угодно, что Юйя прячет амулет в классной комнате прямо сейчас. Вот почему он прогнал меня оттуда.
– Не уверен, – сказал Хепри. – Нам неизвестно, виновен ли он. Но я согласен: его следует проверить. – Он вскарабкался на меня. – Поворачивай, Ра.
– Сейчас? – Я покачал головой. – Хепри, он снова прогонит меня. Мы вернёмся позже, вечером, когда опасность минует. – И после того, как я подкреплюсь.
– А что, если Юйя успеет вынести амулет из классной комнаты? – спросил Хепри.
– Тогда Ини и Иби проследят за ним, – сказал я. – Я просил их сообщить, если случится что-то подозрительное.
– А что, если они уснут?
Он был прав. Ини и Иби не в лучшей форме по ночам.
– Ну ладно, – проворчал я. – Идём.
Возвращаясь обратно, я думал только о своём хвосте и том, как мне не хочется его ломать. Но потом включились мои охотничьи инстинкты, и меня охватило приятное волнение. Если повезёт, мы поймаем вора с поличным. Восстановим имя Тедимут, и я стану героем!
Когда мы добрались до классной комнаты, двери оказались заперты.
Хепри попытался пролезть в щель под ними, но там было слишком узко.
– Думаю, Юйя внутри, – сообщил он. – Я слышал шорохи.
– Это могут быть Ини и Иби.
Я нагнулся к щёлочке и позвал их. Никто не ответил, но я тоже услышал шорохи.
– Он внутри и заперся. – Я стал ходить взад-вперёд. – Что же нам теперь делать?
– Есть другой способ попасть в комнату? – спросил Хепри.
– Только крошечное отверстие под потолком – для горлиц, – сказал я. – Я не смог бы пролезть, даже если бы мне чудом удалось забраться наверх. Человеку это точно не под силу.
– Значит, подождём здесь, – сказал Хепри, – пока Юйя не выйдет.
Оказывается, ждать намного сложнее, чем я думал. Чем дольше мы стояли перед дверьми, тем хуже я себя чувствовал. Мои усы повисли. Лапы ныли. В животе урчало.
– Есть хочу, – сказал я Хепри.
– Поедим, как только покончим с этим, – пообещал Хепри.
Значит, ещё нескоро.
– Может, я сбегаю к бассейну и гляну, что на ужин?
– Ладно, – сказал Хепри. – Иди. Забудь, что ты Великий Детектив.
– О нет, – сказал я. – Где бы я ни был, я всё равно Великий Детектив.
– Нет, если я найду амулет, раскрою преступление и спасу Тедимут, – сказал Хепри.
С этим не поспорить, даже мне. Я снова уселся.
– Не такой уж я голодный на самом деле.
Хотя, конечно, я был голодный – и уставший. Хепри тоже казался уставшим. Когда я свернулся клубочком у стены, он устроился в завитках моего хвоста и вздохнул.