– Спорим, это госпожа Шепенупет, – сказал я. – Я ей никогда не нравился.
– Это к делу не относится, Ра, – возразил Хепри. – Не всё крутится вокруг тебя, понимаешь? Даже если ты кот фараона.
– Но Аат сказала, что дело во мне, разве нет? – Мы добрались до двери, ведущей к бассейну. – Она сказала, что не она одна устала от того, что я вынюхиваю и задаю…
– Точно! – взвизгнул Хепри прямо у моего уха, как раз когда мы переступили порог и вышли во двор. – Ра, вот и отгадка!
Значит, все-таки госпожа Шепенупет?
– Попались!
С диким рёвом, словно демон, Аат спрыгнула с крыши и напала на нас.
Глава 20
Последний шанс
Рыча и брызжа слюной, Аат загнала нас в один из углов двора. Тедимут закричала, но не убежала.
– Молодец, – сказал я. Бежать от леопарда – не самая мудрая мысль.
Хотя оставаться тоже не безопасно.
Оскалив острые, как кинжалы, зу-бы, Аат направилась в сторону Тедимут.
Я не для того прошёл с девочкой такой путь, чтобы потерять её теперь. Прыгнув между ними, я издал пронзительный, скрежещущий визг.
– Не смей трогать девочку!
Миу прыгнула передо мной.
– Вот именно! Не смей её трогать!
– Вы мне не указ! – взревела Аат. – В эту игру мы будем играть по моим правилам. На этот раз никто из вас не улизнет. Итак, кто будет первым? Ты, Комок шерсти? Или эта лживая воровка? – Рассекая воздух хвостом, как плёткой, Аат переводила пристальный взгляд с одного на другого.
Свет озарил окна дворца.
– Прыгай в бассейн! – шепнул Хепри мне на ухо. – Леопарды не умеют плавать.
– Умеют, – бросил я. Хепри явно ничего не знает о леопардах. – Это кошки не умеют. Как я.
– Ну, тогда ты держись подальше. А Тедимут нужно столкнуть в воду. – Хепри заспешил вниз по моей спине. – У меня есть план.
Он казался таким уверенным. И действительно, бассейн был нашей единственной возможностью добраться до разлома в стене, другой путь перегородила Аат. К тому же бассейн неглубокий, по крайней мере, по человеческим меркам. Тедимут вода будет по шею, о себе – молчу.
– Поехали! – крикнул я.
Обернувшись вокруг ног Тедимут, я сбросил её в бассейн. Мастерская работа, осмелюсь сказать, – если бы я тоже не свалился в воду.
Хепри спрыгнул как раз вовремя. В следующее мгновение Аат скакала в безумном танце, визжа:
– Снимите с меня это отвратительное насекомое!
– Спасайся, пока… бульк… можешь! – с трудом проговорил я, пытаясь добраться до суши.
Тедимут не понимала меня, конечно. Но она уже плыла к свободе.
Пока Хепри отвлекал Аат, путь к стене был открыт. Миу метнулась мимо визжащего леопарда и уже стояла на другой стороне бассейна и ждала Тедимут, чтобы провести её к выходу.
– Проклятье! – Я молотил лапами по воде, которая сомкнулась у меня над головой.
Тедимут уже почти добралась до Миу, но, когда услышала меня, обернулась. Через мгновение она уже вытащила меня из воды.
Но доброта дорого обошлась ей.
Аат зарычала у нас за спиной. Она стояла на краю бассейна. Неужели сбросила Хепри? Неужели убила его?
Насквозь промокший, на руках у Тедимут, я взвыл от страха. Облизываясь, Аат подобралась для прыжка.
– Остановись!
Это был голос фараона. А в Египте все подчиняются фараону. Мы замерли на месте, даже Аат.
Великолепный, в расшитой золотом вечерней накидке, фараон стоял на пороге. Через мгновение его стражники бросились вперёд.
Раз – и сеть опустилась на Аат.
Я возликовал, но тут двое стражников прыгнули в бассейн, чтобы схватить Тедимут.
– Это та девчонка! – крикнул остальным первый стражник. – Воровка, которая похитила амулет Великой жены.
– Похоже, собиралась украсть кота фараона в придачу, – сказал второй стражник, забирая меня из рук Тедимут. Он бережно опустил меня на бортик бассейна. – Или утопить его.
– Я бы никогда этого не сделала! – закричала Тедимут, оборачиваясь к фараону. – О Царь царей, я ни в чём не виновна!
– Конечно, невиновна, – пробормотал я, отфыркиваясь. Как всегда, никто из людей меня не понял. Даже фараон.
– Связать её и посадить под стражу, – велел фараон. – Разберёмся с ней утром.
Я догадывался, куда это приведёт. Если повезёт, Тедимут останется без носа. Если не повезёт, в наказание за измену её приговорят к смерти.
– Вы не того поймали! – мяукнул я.
– Точно, – шепнул кто-то у меня под животом.