Меня это не удивило. Я постоянно думала о Канье, переживая за ее судьбу. Что случилось с ней, я не успела спросить у Сизаморо. А вот почему разбойник думал обо мне, было непонятно.
— Не хочешь объяснить, почему в голове главаря разбойников были мысли о женщине из другого мира? — не удержалась я от вопроса.
— А как же о тебе не думать, Анна? — ответил вопросом на вопрос разбойник и внимательно посмотрел мне в глаза. Его взгляд пронизывал теплом насквозь. По спине поползли мурашки. Ариман наклонился немного вперед, сокращая расстояние между нами до нескольких сантиметров. Меня обдало жаром его тела.
— Ты появилась словно из воздуха, — шепча, продолжил Ариман, — такая сильная и опасная, такая необычная и ни на кого не похожая.
Тыльной стороной ладони Ариман провел по моей щеке. Я замерла, ожидая, что он предпримет дальше. Момент по всем законам был романтичный, что практически ввело меня в ступор.
— Такая соблазнительная…
Я нервно облизнула губы и убрала руку разбойника, мне казалось, я вся пылаю до самых кончиков ушей. Откровение разбойника было неожиданным и довольно поспешным. Но как женщине мне это безусловно льстило.
Взгляд мужчины скользнул по моим губам. Он чуть подался ко мне, но нас и так разделяла пара сантиметров. Еще секунда — и он меня поцелует. Я была уверена в этом.
Но в этот момент из леса вернулись маги, неся две охапки хвороста. Романтическое напряжение рассеялось, и Ариман резко отстранился, выругавшись себе под нос, сел на прежнее место.
— Этого хватит на всю ночь, — проговорил Натаниэль, подбрасывая сухие ветки в огонь, — холодает.
— Да, дальше будет еще холодней, — согласился Ариман, — в Дубовой впадине приобретем теплую одежду.
Из леса вышли Азраил и Гилен. Они несли двух диковинных птиц с оперением насыщенного темно-зеленого цвета, с длинными шеями и острыми клювами.
— Вот и ужин, — бросил Бероуз, потирая замерзшие руки и протягивая их к огню. — Дай-ка я подсоблю, уж больно есть хочется.
Маг дотронулся до тушек, и их перья вспыхнули, осыпавшись черным пеплом на землю. В воздухе разнесся запах обгоревших перьев и кожи.
— Ну вот, так дело пойдет быстрее, — довольно проговорил маг Огненных гор. — Осталось только замариновать.
С помощью мага, который решил, что его огонь быстрее костра, ужинали мы уже через десять минут. Мясо птиц было нежным и вкусным, но быстро закончилось.
Запив ужин вкусным элем, я погрузилась в свои мысли. Что же задумал Сизаморо? Что с Каньей? Эти вопросы вертелись в голове, и ответов на них я не находила. Но вдруг меня осенила идея, которую я решила попробовать воплотить прямо сейчас.
— Вы не видели поблизости озеро или другой источник воды? — поинтересовалась я у разбойников.
— Там есть ручей, метрах в ста отсюда, — ответив Натаниэль и махнул рукой в нужную мне сторону.
— Я скоро буду, — бросила я разбойникам, направившись в сторону ручья.
— Будь осторожна, — крикнул вслед Ариман.
Мой план был прост, хотя успех его был крайне сомнительным. Я собиралась воззвать к великим духам. Точнее, к одному из них. К тому, с которым уже разговаривала. К великому жрецу ордена Тьмы.
Насколько я поняла, вода является своеобразным проводником и поможет мне связаться с первородным магом. Конечно, не факт, что он отзовется, и, возможно, я ошибаюсь в своих догадках, но все же попытка не пытка. А мои вопросы требуют ответов.
Глава 10
Ручей оказался совсем небольшим. Метра два в ширину, и воды в нем было меньше, чем по колено.
Но ничего лучше я не имела. Может, и слишком рискованно обращаться к Сизаморо за ответами, но иного выхода я не видела. И мне показалось, что мы не договорили в прошлый раз.
Разделась до трусов и бюстгальтера, чтобы не пришлось потом сушить всю одежду. Осторожно кончиками пальцев на ноге потрогала воду. Прохладная, но терпимо.
Возможно, имеются своего рода молитвы или обряды для этого, но мне о них неизвестно, и я решила довериться интуиции.
Зашла на середину ручья и встала на колени. Прохладная вода разгоняла кровь по телу. Собравшись с силами, я опустила руки в воду, опираясь на них, и склонила лицо, застыв в нескольких сантиметрах от воды.
Со стороны я, наверно, выглядела глупо. Почти голая, в коленно-локтевой позе, плескалась чуть ли не в луже. Но меня, к утешению, никто не видел.
Досчитав до трех, я опустила лицо в освежающую прохладу воды. Кровь тут же прилила к нему, отзываясь приятным покалыванием.
«Сизаморо», — позвала я мысленно.