Ее слова меня зацепили. А не замешаны ли действительно в этом «великие духи»? Например, та парочка первородных магов, что спокойно разгуливает сейчас по земле, строя неизвестные планы на мой счет, да и обоих миров, собственно.
— Конечно, я не против потесниться, — ответила она на вопрос Габриэля.
Теперь моя очередь хлопать ресницами. Когда Габриэль попросил Альцину приютить меня, я не придала значения, так как была уверена, что девушка ни за что не согласится ночевать с разбойницей. Но, видимо, я ошиблась, и она не посмела отказать будущему мужу.
Почему Габриэль решил, что ночевать мне должно в компании его будущей невесты, а не сопровождающих ее магов, где также есть женщины, еще предстояло узнать. И про указы о том, что ко мне не применимо их правосудие, тоже не сказал. Но это все после того, как будут заданы более важные вопросы.
— Прошу, — добродушно пригласила она внутрь своего походного жилья. Я мельком глянула на Габриэля, но его отвлек от нас подбежавший с вопросами солдат, и, не дожидаясь его, я вошла внутрь шатра наследницы магов Севера.
Здесь все вновь выглядело так, как когда мы с Натаниэлем проникли, чтобы взять Альцину в заложники.
— Присаживайся, — пригласила она жестом на свою кровать, — я помогу тебе очистить одежду от крови.
Я удивилась такому добродушию. Мне-то казалось, что при ее статусе заниматься таким не подобает.
Кисти ее заскользили в нескольких сантиметрах от меня. Почувствовала легкую прохладу, но через несколько минут, когда она закончила — тепло вернулось. Сняла шерстяную накидку и оглядела результат. Как будто ничего и не было.
— Надеюсь, я тебя не сильно напугала? — решила начать разговор, заодно и извиниться за нападение.
— Не так сильно, как химеры, — ответила она, слегка улыбнувшись, и изучающе посмотрела на меч и пояс Габриэля.
— Все же прости.
— Думаю то, что ты меня спасла, искупает все, так что мы в расчете, — улыбка ее стала шире и была настолько заразительной, что я не смогла не улыбнуться в ответ.
Девушка была такой чистой, невинной. В серебристых как льдинки глазах читалось искреннее добродушие. Она была красива и юна, а движения плавные, как у царевны-лебедь. Сочетание покорности и доброго нрава всегда ценилось мужчинами. Альцина будет хорошей женой. Неудивительно, что Натаниэль в нее влюбился. А что, если и она его любит до сих пор?
— Должно быть, предвкушение свадьбы затмевается страхом? — решила начать я издалека.
— Нет, напротив, — мягко ответила она, — я жду не дождусь этого дня. Габриэль замечательный.
Кто бы спорил. Если не считать того, что он, еще не успев жениться, подыскал себе любовницу в моем лице. Так сказать, хочет и рыбку съесть, и на… Но я не позволю себе пасть настолько низко. Я и так качусь на дно. То Слава, то Ариман… О том, что случилось на ручье с Сизаморо, так вообще думать не хотелось. Чем так — лучше вообще остаться одной.
— А сколько тебе лет, Альцина? — как можно тактичнее поинтересовалась я.
— Восемнадцать.
Хорошо хоть не шестнадцать. Совсем еще девочка.
— Ты никогда раньше не любила? — задала я вопрос в лоб.
— Нет, — довольно быстро ответила она, но тут же добавила, — до Габриэля. В него я уже по крайней мере влюблена. Как и он в меня, разумеется.
Ответ ее закрался в сердце множеством иголок. От жалости к Натаниэлю и себе хотелось разрыдаться. Но я не могла позволить себе такую слабость А от того, что пришлось сдержаться, к горлу подкатил удушливый ком.
Я не знала, как продолжать разговор, но от него спас явившийся солдат.
— Миледи, — кивнул он головой Альцине и, одарив презрительным взглядом, обратился ко мне. — Командующий зовет к себе.
— Что же ты стоишь? — пролепетала Альцина. — Не стоит заставлять его ждать.
И вправду, что это ноги меня не слушаются? Но все же молча вышла вслед за солдатом, сцепив руки за спиной и задрав нос повыше — не понравился мне взгляд этого парня.
Шатер Габриэля был такой же большой, как у Альцины. На плотной, не пропускающей свет ткани бежевого цвета, изумрудные узоры, в центре которых такой же ворон, что и на бляшке пояса, висящего на моем плече. Интересно, почему герб рода Делагарди — ворон? Ведь это должно что-то значить.
Солдат остановился около входа, жестом показывая, что мне туда. Я приподняла тяжелый полог, открывая проход. Пульс участился, кровь ударила в голову и резко ушла вниз. Одновременно хотелось оказаться внутри и бежать прочь.
— Можешь идти, — бросил Габриэль солдату, вошедшему следом. Тот молча исполнил приказ.