— Что за бред?! — фыркнула я. Вернуть воспоминания и сойти с ума? Ага, нашел дуру. И вообще, на кой ему это нужно?
Ариман молчал, ничем не показывая своей реакции на великого жреца ордена Тьмы, и мне все тяжелее было держать его.
И только бросив мимолетный взгляд на разбойника, я поняла, что он потерял сознание. Глаза были закрыты, а тело расслаблено, оттого и потяжелела моя ноша.
Драгоценное время стремительно утекало. И не было времени думать, почему в доме прабабки Каньи находится Сизаморо, и что со старухой произошло.
Все действительно просто. Великий жрец ордена Тьмы единственный, кто сейчас может помочь Ариману. Нужно лишь сделать выбор: жизнь разбойника или собственный рассудок.
Отчего-то я уверена, что спорить с Сизаморо бесполезно. Но слишком многое было неясно.
— Зачем тебе это нужно? — сорвался с моих уст вопрос, ответа на который я не могла никак найти.
— Это нужно не мне, а тебе.
Великий жрец ордена Тьмы резко поднялся со стула. На идеальном лице сияла ухмылка. Весь полный довольства собой, в лоснящихся в тусклом свете огня черных одеждах, он ожидал моего ответа.
— Но я же сойду с ума, — попробовала я высказать аргумент «против», единственный, что был мне известен.
— Глупости, — тут же отверг Сизаморо, презрительно скривившись. — Сказки ордена Света.
Стало тяжело держать Аримана. И я положила его на узкую кровать.
Значит, бояться нечего. Что мне стоит вспомнить? Судя по всему, Сизаморо это устроит, щелкнув пальцами, может, даже буквально.
— Если, конечно, ты сможешь принять их, — вдруг добавил первородный маг.
— Что?! — возмутилась я.
А ведь я чуть не согласилась. Но стоило бросить взгляд на умирающего Аримана, внутри все перевернулось. Жалость — не мое слабое место, но разбойник спасал мою жизнь не один раз. И пусть риск сойти с ума от воспоминаний велик, но есть шанс, что все обойдется. А как говорится, кто не рискует…
— Я согласна, что мне нужно сделать?
— Ничего, просто ложись, — указал на кровать, где уже лежал Ариман, Сизаморо.
— Только сначала вылечи его, — потребовала я.
— Ложись, мне под силу выполнить обе задачи одновременно, — с явным бахвальством заявил первородный маг, указывая рукой в сторону кровати.
Сдвинув к каменной стене Аримана, я вплотную прижалась к нему, чтобы не свалиться на пол. Сизаморо придвинул стул ближе, сел и, нависая над кроватью, одной рукой коснулся моего виска, другую поместил на грудь разбойника.
Прохладная Тьма окутала конечности первородного мага, он прикрыл глаза и прошептал слова, которые мне не удалось разобрать.
— Придется потерпеть, будет немного неприятно, — честно предупредил он.
Я кивнула, дав знак, что поняла, и голову тут же будто пронзили тысячи игл, а перед глазами все затянул черный дым.
Зеркало в кабинете придворного мага Эйдера было таким же засаленным и покрытым пылью, как и все предметы интерьера. Габриэль с трудом рассмотрел свое отражение в нем.
— Милорд, — проблеял маг, наблюдая как серебряные ножницы состригают прядь за прядью. Выгоревшие в лучах жаркого летнего солнца, они падали на пол, покрытый толстым слоем грязи и пыли. — Вы словно к войне готовитесь.
В небольшую глубокую чашу маг пытался вылить багровую жидкость, неуклюже тряся стеклянный сосуд, содержимое которого неохотно вытекало из узкого отверстия.
— Эйдер, они мешают — в небе сильный ветер, и они постоянно лезут на лицо, — нехотя пояснил Габриэль. Маг и без того был в состоянии паники. — Да и разве нас действительно не ждет война?
— Ох, — только и выдохнул маг, и конечности его еще сильнее затряслись.
— Дай сюда, Эйдер, — проворчал Габриэль, забирая сосуд с драгоценной кровью дракона индиго. — Ты так все прольешь мимо.
— Все никак не верится, что вы… у вас… — маг так и не смог связать слова в единое предложение.
— Я знаю, что это тяжело принять, но возьми себя в руки, — строго потребовал командующий армией людей. — К тому же, все складывается вполне удачно.
Теперь Габриэль Делагарди не просто командующий армией людей, но и отрядов из магов, которым нужно научиться использовать Тьму против Тьмы. Как и самому Габриэлю.
— Не бойтесь, милорд, — пробормотал Эйдер, еще сильнее растрепав светло-рыжие волосы.
— Эйдер! — рявкнул на него Габриэль — Похоже, что я боюсь? Ты что вообще несешь?
Бирюзовые глаза сверкнули яростью, но оставались чисты. Тьма все больше поддавалась контролю.
— Соберись, — приказным тоном бросил он придворному магу. — Я не хочу, чтобы потом на моей груди красовался уродливый рисунок дракона.