Когда из очередного свертка появился осенний лес, Марья выхватила его и прижала к груди. Моё! Мастерица сидела, сжимая в ладонях чашку так, что побелели костяшки пальцев, а из глаз текли слезы. Мальчишка непонимающе смотрел то на маму, то на восторженных женщин, и недоумевал, почему она плачет, ведь все так хорошо… И пироги такие вкусные!
Марья вернулась на репетицию как раз вовремя. Все промежуточные стадии переработки представления под маленькую сцену, уже прошли, и осталось только в последний раз уточнить, кто откуда выходит и куда девается потом. А вот доку Ло повезло меньше. Он вернулся после освидетельствования в последний момент, когда зрители уже заполняли зал. И надо сказать заполняли весьма живо. Так же живо обсуждали, будет ли сегодня девчонка выпадать сверху. Ибо вопрос, случайность это или ушлые цирковые все подстроили, так и остался неясным. К цирковым лезть с вопросами дураков нет, а девчонка только загадочно улыбалась и закатывала глазки.
Ло на ходу объяснили, что выходить надо вот из этого левого коридора и вдоль стеночки злодейски красться за Дени. Верней за Фен, которой Дени будет давать кусочки яблок. И ты возьми, будешь давать Шену. Зачем? Яков сказал - надо! Чтобы ящерки были похожи на дрессированных, а то больно умные. Ну, вот дойдете до конца, и уходишь в правый коридор. Только осторожней, а то пойдешь в зеркало! Какое? Старик Федор отжалел, его Стаси упросила, здоровенное такое, ростовое. А оно коварным оказалось, когда перед ним керосинка не горит, оно, пакостное, коридором притворяется. Что ты говоришь, Ю? Там Киа стоит? Раз Кианг регулировщиком работает, то уже никто никуда не войдет и не врежется, и не зацепится, а то все так и норовили...
И они пошли изображать криминальный элемент черной госпожи, дождавшись, естественно, отмашки от Федора. Одетый в роскошную униформу шталмейстера, он привычно вел представление. Правда, живейший отклик публики, реагирующей буквально на каждую реплику, его слегка озадачил. Не только дети вскакивали с мест и указывали пальцем на крадущихся темных. А когда Фен получила вместо кусочка яблока пустую ладонь, она решила играть роль дрессированной ящерицы до конца. И, недолго думая, от души тяпнула Дени за ягодицу. Парень от неожиданности подскочил и взвыл, но Федор «не заметил» и этого. Что тут началось в зале! Народ топал ногами, какой-то пьяный фермер обозвал Федора Артемьевича глухим чучелом и предложил пойти чистить конюшню. Кто-то свистел, остальные хохотали - кто над укушенным Дени, кто над теми недотепами, которые принимают все происходящее на сцене за чистую монету. В общем, безобразие, творящееся на сцене, было скорей студенческим капустником, и с пристойным представлением ничего общего не имело. Однако зрители этого не знали и аплодировали от души, а артисты, поймав пресловутый кураж, дурачились вовсю. И только Федор Артемьевич ошарашенно наблюдал со стороны за всем этим безобразием. Но под конец и он, махнув рукой на здравый смысл, влился в общее сумасшествие.
ОДЕЯЛА ЛОСКУТНЫЕ, ИЛИ ТАКИ ПЕЧВОРК :))) Выбирайте девушки!
Глава 24
За обеденным столом усталые, но очень довольные цирковые, смеясь, обсуждали особо удавшиеся моменты. Ведь на сцене им самим смеяться было нельзя. Дени сидел немного боком и с упреком косился на Фен. Ящерка таки перестаралась с укусом и жутко смущалась, опуская нос к столу.
- Знаешь, Дени, тебя очень вовремя укусили, - Джонатан смотрел неодобрительно. - Иначе я бы тебя сам покусал. Вот зачем ты Дениелса насчет утопистов просветил?!
- Эмм... - весьма информативно промычал паренек, пытаясь понять, о чем речь. Вспомнил и пожал плечами: - Да так, к слову пришлось, я ему про кампанелловский Город Солнца рассказал. Вкратце.