ГЛАВА 7
Трагедия, тем не менее, доказала всем еще сомневавшимся полезность изделий живчиков. Все Дома подали заявки на оборудование своих станций соответствующими системами жизнеобеспечения. Сами живчики стали целенаправленно изучать и выращивать симбио-организмы, пригодные для использования в космосе. Но на успешное выращивание секций орбитальных лифтов, которые при сборке срастались в единое целое, ушло более двухсот оборотов.
- Поэтому после Катастрофы орбитальные станции и оранжереи не пострадали особо сильно, и в этом заслуга наших предков! - гордо раздула шею Фен. - Они же руководили спасательными операсиями на поверхности планеты. Фывозя в безопасные места, в первую очередь, молодняк, кладки и матерей.
- Очень понятные законы, женщин и детей спасают первыми! - высказал всеобщее мнение Робин, а потом задумчиво спросил: - А тренировка с утра будет?
- А как же, - Ло сделал вид, что удивлен вопросу. - Тренировки - это святое!
- А я думал, ты спросишь, что такое плоскость эклиптики,- рассмеялся Джонатан.
- Завтра обязательно спрошу, и не только это, - даже с некоторой угрозой пообещал сержант.
Робин вышел из помоечной на ступеньки, вытирая короткие волосы. За последнее время он стал мыться так же часто, как и ходоки. Удивлялся сам себе, как он раньше не понимал, какое это удовольствие. Но предпочитал делать это последним, правда, в этом ему составляла конкуренцию Марья. Но сегодня эту привилегию выиграл он и поэтому удивился, увидев слабый свет, в кухонном окне. За столом, освещенным светом прикрученной на минимум керосиновой лампы, сидел Кианг. Его большие ладони охватывали пиалу, он поднял голову, взглянул на Робина и спросил:
- Почему ее хотели убить родственники?
- Марью? - Робин прекрасно понимал о ком речь, но все же решил уточнить. Дождавшись кивка, присел напротив китайца. - Потому что, пока она жива, Дар не появится ни у кого другого в семье.
- Странно, что она до сих пор жива, - совершенно спокойно заявил Кианг. - Шелковый шнурок легко освободит дар для достойного.
Робин промолчал, он не был шокирован или сильно удивлен словами Кианга, но ответ все же прозвучал, правда, раздался он от двери.
- Шелковый шнурок, ха, какие изыски! - голос женщины был до крайности язвителен. - Мы люди простые, у нас и простой веревкой обходились, а то и вообще собственным коленом, - Марья прошла к печке и налила в чашку воды из чайника, выпила жадно. Подошла к столу, но не села, а оперлась ладонями в крышку. - Но вся фишка в том, что семья, убившая «недостойного», больше Дара не получала. Только выяснили это, когда на весь род одаренных осталось двое. Представляешь, какое западло?! - женщина снова фыркнула, налила еще воды. Ушла, забрав чашку с собой, не обращая внимания на удивленно смотревших ей вслед мужчин.
- За-пад-ло... - медленно по слогам произнес Кианг слово, смысл которого был предельно понятен и без пояснений.
- Дар освобождали для достойных, - Робин думал совсем о другом. - Но этим показывали, что сами его не достойны...
***
Зара наблюдала, как веселые ходоки и иже с ними живенько уплетают завтрак, и продолжала тихо удивляться, хотя очень хотелось удивляться громко. Но, не смотря на то, что цыгане народ экспрессивный и всегда ярко выражали свои эмоции, сама Зара была женщиной сдержанной. Сегодня утром она, завернувшись в шаль, наблюдала за репетицией, которую ходоки упорно называли странным словом тренировка. Именно сегодня Зара окончательно поняла, как люди, совершенно не имеющие отношения к цирку, взяли и быстренько придумали себе номера. Так же быстренько стали выступать. Да они вообще могут эту свою тренировку как общий номер показывать! Этот их спарринг похож на драку и танец одновременно. Потом всей толпой, включая Марью и Эни, пошли купаться в речке! Плескались и ржали там по громче цирковых коней. Вот и сейчас сидят, смеются, едят за обе щеки и ни следа усталости. Марья, паршивка, даже не смотрит в сторону старающейся привлечь ее внимание цыганки, специально она, что ли...