Команда в это время с трудом разминала ноги на бережке. Кианг в буквальном смысле выгрузил женскую часть из столь неудобного плавсредства. Вопрос вызвал недоумение, утром подробно описывали и комментировали именно для «базы», всю технологию постройки. Вот где бы они посреди реки что-то другое взяли? У бородатых торпедный катер угнали?
- Мальчики, вас, что, дедушка Альцгеймер посетил? - осторожно и даже сочувственно спросила Марья. - Всех оптом и одномоментно?
- Марья, это серьезно! - вступил в разговор Джонатан. - К нам тут землемеры прибились, и, если вы приплывете на серебристом нечто, вопросов, боюсь, не избежать. Так что мимикрируйте его под дерево и закрепите цвет.
Кианг выгнул бровь и поднял полотно палатки, подцепив его двумя пальцами. Полюбовался и отпустил. Серебристая ткань легла красивыми складками.
- А если это нечто будет деревянного цвета, то вопросов будет еще больше! - высказала очевидное для всех находящихся у реки Эни. - Такая себе деревянная драпировка, мягкими такими складками... Кстати, река стала раза в полтора шире, - не в тему закончила девушка.
- О! Разлив уже близко! - как-то нервически обрадовался от имени «базы» Дени.
- Значит, будем ладить плот! - постановил Кианг, завистливо глядя вслед девушкам. Взбежал на обрывчик и, перед тем как нырнуть в долгожданные кусты, буркнул: - Все, отбой связи!
Он не видел, какими недоуменными стали лица мужчин, с которыми он попрощался.
Когда на поляну с довольным лицом вернулась Марья, Киангу захотелось рассмеяться. Поймав себя на таком мальчишестве, мужчина сжал зубы, с трудом сохранив на лице бесстрастное выражение. Марья покосилась в его сторону, получив сначала волну веселья, потом недовольства, а потом незнамо чего вообще. По крайней мере, разобраться в этом коктейле эмоций она не сумела. Следом на поляну вышла Стаси, ей явно было не очень хорошо.
- А подружки где? - поинтересовалась Марья, но ответить девочка не успела. Только вяло махнула рукой назад, как по связи раздался радостный дуэт.
- Киа! Марь! Тут... Там... Сушняк. Видно... Торчит... по кругу! - выпалили девушки одновременно и засмеялись.
- Где тут и там торчит сушняк? - удивилась завхоз. - И зачем нам сушняк именно там, его и вокруг поляны полно...
- Да нет! Тут деревья сухие...
- Поломанные!
Кианг кивнул так, как будто девушки могли его видеть, и пошел в ту сторону, куда махнула Стаси.
- Вы там не задерживайтесь, обед скоро будет, - в спину уходящему сказала Марья и обернулась к понуро сидящей Стаси: - Какую кашу варить?
- Только не рис! - откликнулся уже ушедший Кианг.
- Тогда сварю гречу с молоком, - решила Марья и лукаво подмигнула Стаси.
- Не-ет! Только не с молоком! - взвыли Ю и Эни. Стаси улыбнулась, она прекрасно поняла, что Марья шутит и дразнится. - Мы лучше чего-нить подстрелим!
- Или поймаем, - поддержал их Кианг.
Женщина присела, достала прессовку каши и мяса, заглянула в котелок проверить, закипела ли вода, искоса поглядывая на девочку. С ее состоянием нужно было срочно разобраться.
- Что с тобой, малыш? Спинка болит или живот? - задавая такие простые вопросы, Марья не ожидала, что Стаси вдруг приткнется к ее боку и заговорит совсем о другом...
- Я их лица уже плохо помню... - вздохнула Стаси, и женщина не сразу поняла, о ком она говорит. - У деды есть афиша, но она уже потертая. Сначала я часто на них смотрела, а теперь боюсь, что афиша порвется, и я совсем забуду, какие они были...
Марья приобняла девочку, поняв, что говорит она о родителях, и погладила ее по голове. Та тихо вздохнула и замерла, как нахохлившийся воробышек. Вода в котелках вскипела, но Марья не обратила на это никакого внимания. Она продолжала обнимать расстроенного ребенка. Стаси прикусила губу, чтобы унять закипевшие на глазах слезы, а Марья только крепче прижала ее к себе. Она-то хорошо знала, что нет на этой земле слов, способных утешить ребенка. Все слова сочувствия пусты, когда ты стоишь у могилы родного тебе человека. Осознаешь полностью и бесповоротно, что никогда уже не услышишь родной голос, не почувствуешь прикосновение родных рук. Это страшное слово - никогда… Они просидели так довольно долго, и Марья изо всех сил старалась успокоить девочку, применяя свои, хоть и невеликие, способности.
- Давай, как вернемся, попросим Джоди сделать карточку с афиши, - предложила женщина. - А потертости Ю заретуширует.