- Берешь банку, бросаешь в воду и варишь в банке пару часов... - выдала указание сонная девушка.
- Мне пироги на завтрак нужны, а не на обед, - возмутилась повариха.
- Ну-у, Та-а-ань, сделай пустые булочки, с сахаром и корицей, сожрут все равно! - Эни просыпаться не желала.
- А мне так с малиной хотелось... - тихо вздохнула черная повариха и собралась уходить.
- А-а-ах, - зевнула ей вслед Эни и обреченно уселась на кровати, если беременной хочется... - Раз сильно хочется то нужно сделать. Мы быстро смотаемся.
Девушки собрались быстро, четко выполнив приказ командира: меньше, чем по трое не ходить. Взяли тревожный рюкзак, хоть и один на троих. Посмотрев на хмурое небо, захватили два зонта, повесив их на манер мечей за спину, и рванули бегом. Тропинка к малиннику была уже натоптана и знакома, так что добежали быстро. И остановились в растерянности, малин-ник выглядел так, как будто по нему пронеслась стая саранчи и заполировала пара носорогов. От саранчи остались только зеленые ягоды, и за ночь красных появилось от силы десяток. Носороги оставили за собой две неширокие просеки, ну надо же было добраться в самую гущу, там же самые, самые ягоды!
- Дааа, вот так нас пускать в приличные места... - пробормотала Эни, ее подруги хихикнули, соглашаясь. - Ну что, пойдем к дальнему, куда все сегодня собирались идти?
- Оле говорил, что недалеко, а тропу они отметили, - согласилась сестренка Ю. Стаси повернулась и молча пошла искать первую отметку. Идти было нетрудно, отмеченная «тропа» шла вдоль склона. Только под ноги нужно было смотреть внимательно, камни и корни никто не отменял. Видимо, поэтому девочки растерялись, когда снизу прямо на них вылетела полуголая (верхней частью одетая только в корсет) девица, с вытаращенными, как у рака, глазами. И если Эни и Ю успели с ее дороги отпрыгнуть, то Стаси замешкалась. Девица, не останавливаясь, схватила ее за руку и швырнула себе за спину. Девочка с криком полетела вниз, благо склон тут был более пологим, именно по нему проходил спуск к малиннику. Эни бросилась за катящейся вниз Стаси, а Ю, подхватив с земли камень, швырнула вслед убегающей обидчице. Камень попал между голыми лопатками, девица упала на четвереньки, проскакала так пару шагов путаясь в юбке и, распрямившись, умчалась. Стаси удалось остановиться, ободрав при этом руки, только за кустами в средине склона. Эни перепрыгнула через девочку и онемела, на них вальяжной трусцой бежал некрупный бурый медведь. Девушка сдернула зонт и с хлопком открыла его практически в морду зверя. И только мысленно пририсовав к громадным глазам зубастую пасть и когтистые лапы, пропорциональных размеров, поняла свою ошибку. Зверик нападать не особо собирался, пестун - подросток-двухлетка - страдал излишним любопытством. Он просто решил посмотреть - а что это новенькое появилось в их краях. Но ментальный посыл уже ушел. Да еще от неожиданности Эни вбухала в него столько «души», что мишка, завизжав от ужаса, кувыркнулся назад через голову. Вскочил и, громко крича, кинулся назад к хорошо видному малиннику. Из кустов, обсыпанных яркими ягодами, с громовым ревом поднялась матерая медведица и рванула вверх. Она была готова защищать своих детей от громадного самца, даже ценой своей жизни.
ГЛАВА 24
У малинника топтались, плача от страха, два лончака, медвежата-сеголетки.
- Капец! Вот это я дала... - пробормотала Эни, глядя на бегущую зверюгу. Потом оглянулась через плечо на подруг. Ю, приобняв уже вставшую, но шипящую от боли Стаси, потянула ее вверх. Китаянка была права, медведи из-за строения лап куда медленней бегают именно вверх по склону.
-Девчонки, не бойтесь, настоящего огня не будет, - крикнула Эни девушкам, снова глядя на набирающую скорость медведицу. Она не была похожа на добрый сказочный персонаж, с бочонком меда в лапах и цветастом платке на лобастой голове. Желтые клыки, немаленькие когти и свирепый взгляд маленьких глазок... Эни посмотрела на землю метрах в двух от себя. Она представила тонкую полосу огня, разбегающуюся вширь огненным шнуром. Вот пламя, живущее только в ее воображении, поднялось девушке до пояса и стеной полетело навстречу зверю. Медведица взревела уже испуганно, в прыжке развернулась назад, рявкнула на пестуна. Тот, схватив за шкирку маленького брата, бросился прочь от опасности. Медведица подхватила второго малыша и умчалась следом. Эни судорожно вздохнула и осела на землю. Ноги подогнулись, руки, которыми девушка закрыла лицо, дрожали. В крови бушевала месячная норма адреналина.