- Я просил собраться только ходоков. Почему здесь посторонние и дети?!
- Кто тут дети?! - взвились двойняшки.
- ССАА! – поддержали их ящерки.
- Кто тут посторонний? - полюбопытствовал Джонатан.
- Ник, ты чего как индюк раздулся? - округлила глаза Марья.
- Я требую, чтобы мои племянники покинули помещение, - не обращая внимания на вопросы и возгласы, гнул свое Ник. - Их имена не должны даже упоминаться в связи с этой грязью.
- Значит, если бы на нашем месте были другие курсанты... - Эни говорила внешне спокойно.
- Другие меня не интересуют! - отмахнулся он него профессор.
- Если кто забыл... - Дени, в отличие от сестры, с трудом сдерживал злость, все эмпаты уже наглухо закрылись от бури эмоций.
- ...мы уже совершеннолетние, - закончила его мысль Эни.
- И имеем право сами решать! - хором закончили они.
- Решать?! Да вы дураки малолетние и будете делать, что велят старшие! - Ник облил племянников презрительным взглядом. - Для своего же блага будете.
- Не будем... - Дени скрестил руки на груди, и его взгляд стал не менее презрительным - Потому что не хотим, чтобы потом о нас сказали, что мы тряпки и ни одного самостоятельного решения принять не можем.
- Как было сказано о тебе твоей любящей мамочкой, - также безжалостно добавила Эни. - Какое счастье, что бабушка маму не любила... На фиг такую любовь! Мы от нее тоже убежали не оглядываясь.
- К тому же наша фамилия не Ротроковские, если ты не забыл!
- Вно-ушу предло-ужение!!! - вдруг заорал Невс с окна. На него уставились, с изумлением, а кое-кто явно прикидывал, с какого места начать демонтаж наглого механизма. - Мо-угу включить гене-у-ратор помех! - поспешно закончил свое выступление кот и получил дружный кивок, выражающий согласие. Закивали, подражая людям, ящерки, которые уже начинали «плыть». Все же, в силу молодости, они были не столь сильны в защите.
- Может, дела семейные решите наедине, - облегченно выдохнув, предложил Ло, и поинтересовался: - Ник, зачем ты нас собрал?
- Я требую, как лицо, занимающее высокую должность в службе...
- Только лицо? - судя по более высокому тембру, удивилась Фен, но на нее не обратили внимания.
- Кем вы, профессор, являетесь в нашем пространство-времени мы знаем, - Ло смотрел спокойно. - Но тут и сейчас, вы всего лишь сопровождающий находящихся на практике двух курсантов. И требовать что-либо...
- А вы, Лонгвей, после совершенного вами гнусного преступления, вообще не имеете права быть командиром! - Ник был холоден, как айсберг. - И еще раз подчеркиваю, что не желаю, чтобы мои племянники были замешаны в эту грязь!
Дени и Эни закатили глаза, и девушка прошептала что-то весьма похожее на «барана».
- Конкретней, пожалуйста, - потребовал Джонатан.
- Нарушение клятвы Гиппократа и Женевской конвенции о пытках пленных, - деловым тоном выдал Ник.
- Ты это серьезно?! - высказала всеобщее охренение Марья.
- А что, это забавы - положить человека в муравейник, еще и сахарком сверху присыпать?! - с явной издевкой в голосе уточнил Ник. - В такой ситуации я считаю себя вправе взять на себя руководство отрядом.
- Во, дает Колобок! - изумился Оле, почему-то припоминая студенческое прозвище Ника.
- Процедура смены руководства отряда регламентирована должностными инструкциями. С описанием ситуации, вследствие которой вышеуказанная замена происходит, - наставительно пояснил Джонатан. - А также должностные инструкции оговаривают, кто из членов данной структурной единицы является преемником освободившейся должности. И в данном случае вы, профессор Ротроковский, не можете претендовать на эту должность, ибо не являетесь членом команды.
Пока Джонатан изрекал тезисы на канцелярите, глаза Робина и Кианга становились все круглей. Команда, знающая таланты аналитика, внимала уважительно, и только Марья давила ухмылку, уж больно недоуменный стал вид у Ника. Ло подошел к столу, положил на него свой фон и приказал Невсу:
- Показывай. В полный размер...
Кот поежился, но приказ выполнил, и на столе появилось изображение окровавленного тела девушки. Столь реалистичное, что мужчины дернулись, а с лица Марьи исчез даже намек на веселье.
- А если бы на ее месте оказалась я? – Эни вскрикнула. – Ты бы тоже говорил о конвенции?
- С твоей подготовкой это нонсенс! - отмахнулся дядюшка.