Ужинали необычно рано, Таня напекла по дороге пирогов с дикобразиной, оказавшейся на вкус нежной, как молодая свинина. Каша укутанная потеплей, упарилась тоже еще по дороге, и Марья от щедрот своих открыла тушенку. На Ника, бурчащего о нецелевом расходе НЗ, только махнула рукой. Ну и что, что привезли вилорога с охоты? Шен уже в полном порядке, судя по резвости, сундук свободен, значит, слегка мясо подморозим, и до завтра долежит. Так что сели за стол еще засветло, хвалили повариху на все заставки, а та только довольно улыбалась.
- Кто это к нам приезжал? - поинтересовалась Марья, когда приступили к чаепитию. - Виннету?
- Вождь мискалерских апачей, гораздо старше Сломанного Ножа, - Желчь удивленно уставился на Марью. - И совсем на него не похож...
- Иде-унтичность этого ти-упа и Пьера Бри-уса менее восьмидесяти процентов - выдал справку Невс. - Этот прина-удлежит к американоидной ра-усе инде-уйцев.
- Кто такой Пьер Брис? - прозвучал хоровой вопрос.
- Фра-у-нцузский акте-ур, игравший Виннету, целый барон ме-ужду прочим!
- Опять какое-то древнее старье? Наверное, еще немое...
-Сам ты немой! Он даже цветной был!
- Сломанный Нож,- между тем продолжал пояснять Желчь,- военный вождь из племени черноногих. Родственник жены Токей-Ито, - вождь задумался на секунду.
- Её Ситопанаки зовут? - воспользовалась моментом Марья.- Если я конечно правильно запомнила...
- Да, но произносить нужно так,- индеец улыбнулся: - Си То Па Наки Трава поет под ее ногами...
- Ух ты, какое имя красивое! - восхитилась Стаси.
- Сломанный Нож - сын дяди жены брата Си То Па Наки, - таки выдал цепочку родства Желчь, и народ на какое-то время подвис, переваривая инфу.
- На-ушему забору тро-уюродный плетень! - выдал свою версию родства Невс.
- Желчь, - Эни посматривала на вождя весь ужин и, видимо, решила, что можно пристать к нему с вопросами. - Что с нами не так, что Сломанный Нож, пробыв у нас всего ничего, сказал тебе, что мы не такие белые. Какие не такие? Почему не такие?
- Ну, Эни, ты даешь!
- Ты умней ничего не могла спросить?! - набросились на девушку по связи.
- Ты знаешь язык лакота? - теперь удивился индеец.
- Немного, - девушка смутилась. - Сонк вот учил, да и ребята вот...- она кивнула в сторону молодых индейцев, - только и поняла, что странные и запах. Это же про нас?
- Да,- Желчь покачал головой.- Любой индеец даже в темноте поймет, что рядом белый человек.
- Извини, Желчь, что перебиваю, но пусть ребятки сами пошевелят мозгами и ответят, - поднял ладонь Джонатан.
Желчь усмехнулся и кивнул соглашаясь.
- Итак, молодежь, ваши предположения?
- Ну-у-у...- Эни покосилась на брата. - Запах... А-А-А!!!!
-Ага, - фыркнул Дени.- От местных мужиков воняет виски или пивасиком...
- А еще куревом, и не моются они неделями... - радостно добавила Эни, потом поморщилась. – Фу-у-у...
- Вот где-то я прочла, что черноногие обтираются соком тополя как дезод... чтобы приятно пахнуть, - Марья замолчала засомневавшись. - Или все-таки соком клена?
- Тополя!- Желчь рассмеялся.- Сок клена слишком сладкий и, когда высыхает, липкий.
Все живо представили, как к воину начинают слетаться мухи со всей округи, и тоже развеселились. Малышня Флоры, блестя глазами, слушала разговор взрослых, а Мамичка сидела с отрешенным видом. И стала уводить детей только после прямого указания их матери. Старшенький, проходя мимо Зары, вдруг остановился и дернул ту за рукав.
- Баб Зара, - причем первое слово он сказал на русском. - Почему тому дяде, что уехал, ты не велела одному ездить? Он один потеряется?
Народ за столом старательно давил улыбки. Но, увидев полное недоумение Зары, насторожился.
- Когда это я говорила малыш? - уточнила она.
- Я не малыш, я старшой! - возмущенно поправил цыганку мальчишка и без всякого перехода ответил на ее предыдущий вопрос. - А когда я пироги от тети Тани принес.