(ну почти:))))
Виновато взглянул на Марью, вынул откуда-то огромный сачок, ловко поймал в него сорванцов и потащил свою ношу сквозь стену. Девочка, все так же смеясь, поцеловала кончики своих пальцев и сделала движение, как будто бросила поцелуйчик в Марью. Звонкий шлепок по щеке заставил женщину проснуться иподскочить в постели.
- Девочка снится к удивлению, мальчик к хлопотам, - сообщила она совершенно сонному Киангу, но тот ничего не успел ответить. В дверь серой молнией влетел Шен:
- С-С-А-А! Тохи сломалс-ся. Полный фоды и фес-сь пол с-салит!
Рядом с братом появилась еще одна чешуйчатая мордаха и заявила:
-Заре был сон! - Фен плавно присела на хвост.
- А фы фсе с-спите! - включился Шен, поднимаясь на хвосте повыше.
- Ты с-спишь, он тоше…- Фен кивнула на Кианга и «пошла» вверх, а Шен вниз.
-…фсе с-спят, а Невса нет… - Шен опять качнулся вверх.
Марья только открыла рот, чтобы спросить, а где же этот обормот ночью шлялся, но Фен перебила брата.
- Нефс, есть! Он с Булькой диферс-сантов шугал…- Фен была возмущена поклепом на милейшего котика.
- Они шли с федром дерьма…- не стал с ней спорить Шен.
- Кто?! - Марья затрясла головой, от этого вертикально-поступательного движения ящерок уже голова кружилась. - Прекратите прыгать!
- Исфени, - покаянно извинились хором и так же хором ответили. - Диферсанты!
- А Зара фсех будит, и Нефс будит, за ладош-шку кусает… - живописала дальше Фен.
- Дорфался, всех кус-снул! - Шен.
Марья глянула на левую ладонь и болезненную точку в основании большого пальца…Таки дорвался.
- Зара лица нюхает и Нефсу говорит, кончай дурью маяться! - Фен.
-Даф-фай феди меня к Токей Ито! - Шен.
- Зару? Прямо ночью?! - Марья потрясла головой. Картинка получалась сюрреалистическая.
- Да! - хором пропели ящерки, но объяснить дальше не успели, с улицы донесся ультразвуковой вопль Тани, перешедший в проклятья на голову этой зеленой дряни и чешуйчатых недомерков.
Ящерки исчезли мгновенно, а Марья схватила халат и рванула следом. Оглянулась на Кианга, сегодня выглядевшего как-то заторможенно, но выяснять в чем дело не стала. Возле помоечной прыгали ящерки, а Таня стояла внутри, в переходе, ведущем в кухню. Она тоже подпрыгивала на месте, отчего «травка», вымахавшая ей чуть не по пояс, хищно шевелилась, как будто принюхиваясь к фартуку поварихи. Тохи за травой видно не было, стену за ним и часть потолка уже заняли зеленые плети. Шен и Фен, а также все подтянувшиеся, с интересом слушали оригинальную версию происхождения чешуйчатых недоумков. Лекцию прекратил Майки, обнявший жену за талию и утянувший ее в кухню. От греха, верней, от слишком активной травы подальше.
- Ну и? - Ло вопросительно кивнул на локальные заросли.
- Решим «Дшунгли»…
-… она вклюшила сама! - хором открестились ящерки от зеленого безобразия.
- Я ничего не включала!! - Таня сбежала по ступенькам с другой стороны фургона и встала, уперев руки в бока, возмущенная до глубины души таким поклепом. - Только коврик из кухни расстелила, воду убрать! В кухне, ежели чего прольешь, то сразу впитывается насухо.
- Если трафку сильно полить, фключается решим «Пикник», а если полошить в воду - «Дшунгли», - отрапортовали ящерки.
- А вода откуда? - Ло морщился и потирал виски, остальные выглядели не лучше.
- Внуки Дыма устроили бурю в стакане, вернее, в нашем сундуке, поныряли, поплескались, ну и…- попыталась объяснить Марья.