Но долго раскисать ей не дали. Сначала верхами приехал Желчь, сообщив, что сюрприза с регистрацией брака по законам США не получится из-за отсутствия в Стене мэра. Мал еще городок для этой должности, хотя, возможно, такие вот сюрпризы молодоженам и не нужны. Может, миссис Флора желает провести сие мероприятие на родной ферме? Поразмыслив над этими тезисами, согласились. Хорошей новостью было известие, что шериф той же Стены пошел на поправку. Хотя исполнять свои обязанности начнет еще не скоро, но его жизни уже ничего не угрожает. А вот пропавший, да так и не найденный Капитан сильно встревожил. Такие сволочи были мстительны и злопамятны. Также рассказали, что Флай растолстела боками, ходит вальяжно, а очередь за щенками регулярно ругается на предмет - вы не тут стояли, а за моей спиной!
Цирк мадам Таис благополучно дочапав до Стены, попытался там дать представление, но был освистан и отправился дальше, уже самостоятельно. Бегство Сесси обнаружили, подняли вой и попытались выкатить предъяву оставшемуся индейскому проводнику – воину взрослому, а посему солидному. Мадам спокойно объяснили, что девочка ей не дочь и раз решила сменить место работы, то почему бы и нет. Таиська поорала, попрыгала, да и утерлась, все равно ничего сделать не могла. Да и чувствовать на себе взгляд натуралиста, изучающего новый вид мокрицы, было неприятно.
Вскоре в цирк пожаловала Уна, но к великому изумлению Марьи коротко с ней поздоровавшись, ушла в цыганский фургон. Через минуту из фургона вышел улыбающийся Яков, а шторка за его спиной задернулась. Яков открыл клетку, и Потапыч быстренько выбрался наружу, он был согласен гулять в любое время дня и ночи. За время путешествия Яков окончательно оправился от болезни, а благодаря ящеркам и от привычки курить.
Помучиться любопытством всласть Марье не дали, к ней пожаловала Лазурная Птица. Сначала индианка объяснила, что завтра они с Марьей станут родней. Марья подумала пару секунд и выдала:
- Жена брата, жены племянника, - хмыкнула. - И, правда, не такая уж дальняя родня.
Женщины переглянулись и рассмеялись. Потом Птица вдруг хитро прищурилась:
-Сестра! А ты сама свадьбу не хочешь?
- Спасибочки! У меня уже была! Китайская. Тут мне хватит, а дома вряд ли отвертимся, - замерла, глядя на индианку. - А ведь и, правда, нужно и китайский обряд провести! Ладно, я забыла, а Кианг чего молчал?!
Марья уже хотела рвануть к мужу, но остановилась, вопросительно глянув на гостью, мол, и чем же все-таки обязана?
- Ты знаешь, что по нашим обычаям подарки, принесенные гостями, жених обязан раздарить самым бедным в племени? - Птица смотрела прямо.
- Знаю, - кивнула Марья. - И мне это не нравится, если честно! Не для того я одеяла шила, чтобы их все кому-то раздавали. Даже и бедным…
Индианка понимающе улыбнулась, но сказать ничего не успела, Марья вдруг щелкнула пальцами.
- Слушай! У моего народа подарки дарят гости, а родители дают за невестой приданое, и оно подарком не считается! Родителей нет, за них брат с женой, так что от нас приданое. Пошли, покажу!
Открытый сундук на завтрашнюю родственницу произвел хорошее впечатление. Она перебрала вещи, пощупала ткани в рулонах, погладила свернутые одеяла, одобрительно кивая.
- Но от других нужны подарки, - Птица потянула рулон ткани. – Давай, сестра, нарежем кусков ткани?
- Ха! А давай! - восхитилась идеей Марья. - От каждого рулона по паре кусков и ленточками свяжем.
Так и поступили. Через час усердной работы дамы отмахали себе руки, но все отрезы были свернуты в аккуратные свертки, перевязаны и уложены в корзины. Отдолженные у хозяйственной Аи, под честное слово вернуть. Поверх тканей ссыпали крашеные перышки и меховые шарики. Лазурная Птица, не стесняясь, порылась в пушистой горе, набрала шариков и спрятала в мешочек на поясе.
Китайскую свадьбу подготовили к вечеру. Из приглашенных были родственники жениха и Токей Ито с семейством. Когда индейцам объяснили сакральный смысл табличек с именами усопших родственников, жених пожелал такую же опцию и для своих родных, ушедших по солнечной тропе. Шон Ю тут же принесла тушь. Все гости с интересом следили, как под кистью возникают замысловатые линии.
Пара, что и говорить, получилась колоритная. Рядом с широкоплечим индейцем в богато расшитом бисером наряде, китаянка выглядела язычком пламени в своем красном национальном костюме.
Ло, как и в прошлый раз, провел ритуал, Желчь, видевший действо ранее, шепотом пояснял смысл происходящего рядом сидящим.