Отец Мэган какое-то время молча смотрел на него, чем разозлил Майкл еще больше. Виконт выглядел расслабленным, спокойным, но сосредоточенным и собранным. У него был такой странный взгляд. Такой знакомый. Это причиняло Майклу еще больше боли, вызывая мучительно желание немедленно поехать к Мэган и заключить ее в свои объятия. Он уже был на пределе, а присутствие виконта могло окончательно вывести его из равновесия.
- Может быть вы предложить мне немного выпить?
Резкая смена темы разозлила Майкла еще больше. Он помрачнел и резко бросил:
- Если хотите пить, пейте. Я ничего не желаю.
- Вам не кажется, что вы не очень-то любезны?
- В последнее время я вообще не могу быть любезным.
К его досаде отец Мэган добродушно улыбнулся.
- Мэган мне именно таким вас и описывала.
Майклу очень не понравились эти слова.
- Неужели в ее понимании я неотесанный грубиян?
- Нет, она говорила, что вы можете показаться таким, но вы не такой. И кажется, я понимаю, что она имела в виду.
Внезапно Майкл почувствовал себя невероятно уставшим от борьбы, которую вёл с целым миром, с многовековыми законами. С самим собой. Это было так тяжело и невыносимо, что он обессиленно опустился в кресло и провел дрожащей рукой по бледному лицу. Тоска по Мэган снова начала разъедать ему все внутренности так стремительно, что ему хотелось завыть. Если существовал предел возможностей, вероятно, он уже достиг самого дна, потому что...
- Вот, выпейте это, - раздался совсем рядом голос виконта.
Открыв глаза, Майкл увидел стоявшего прямо напротив себя отца Мэган, который внимательно смотрел на него. С двумя стаканами виски, один из которых протянул ему. И Майкл вдруг почувствовал признательность к человеку, который странным способом, но всё же пытался успокоить его.
- Спасибо, - хрипло молвил он, взяв стакан.
Виконт отошёл и присел в другом кресле рядом с камином, а потом сделал небольшой глоток из своего стакана.
- Что вы будете делать, Майкл?
Майкл уже ненавидел вопрос, который задавал ему в последнее время всякий, кому не лень. Но вопрос виконта не прозвучал праздно. В нем было искреннее беспокойство о дочери, которую он несомненно любил. Иначе бы не пришёл сюда.
Майкл тяжело вздохнул, глядя на свой нетронутый стакан.
- Ее мужем остается Уиксли. Закон на его стороне.
Виконт перекинул ногу на ногу.
- Я знаю законы, - невозмутимо проговорил он, поставив стакан на свое колено. - Но что будете делать вы?
Виконт не мог забыть, как горько плакала его дочь, рассказываю о Майкл и о том, что их браку пришел конец. Он не мог отмести тот факт, что она по-настоящему страдает от этой мысли. И что Майкл стал ей не просто мужем. Некогда Генри видел, как сильно она любила Джорджа. Только поэтому он смог оставить ее с ним и переехать с женой в Америку. Тогда ему казалось, что он оставляет Мэган в надежных руках, но теперь... Жизнь дочери так круто переменилась. У нее был Майкл, который вызывал в ней чувства куда более сильные, чем те, которые она испытывала к Уиксли. Генри хотел лично познакомиться с тем, кто последние пять лет оберегал, защищал и бескорыстно заботился о Мэган. Который подумал пригласить в гости ее родителей, только чтобы порадовать ее.
И который сейчас выглядел не лучше покойника, приготовленного к похоронам.
Майкл вдруг встал и с шумом опустил стакан на стол.
- Я пока не решил, - уклончиво ответил он.
Виконт внимательно следил за ним.
- И долго вы будете решать, пока моя дочь страдает там одна?
Майкл гневно повернулся к виконту.
- Будь моя воля, она бы никогда не проходила через такое!
Генри медленно встал, крепко держа свой стакан.
- Тогда может пора действовать?
- И с чего по-вашему я должен начать?
- Хотя бы с того, чтобы не прятаться от своей жены, черт побери! Она скучает по вам. Можете ж вы хоть бы ненадолго увидеться с ней и успокоить ее!
Майклу стало так больно в груди, что он едва устоял на ногах. Имеет ли этот человек хоть малейшее представления о том, как сильно Майкл жаждал увидеть Мэган? Он ни с кем не мог обсуждать Мэган. Особенно с ее отцом! Майкл не хотел, чтобы хоть кто-то знал, что он чувствует на самом деле, потому что это касалось только его.
- Вы считаете, я не хочу видеть ее? Каждую секунду я думаю о том, как бы пробраться в ваш дом, но даже на дереве возле спальни Мэган дежурят репортеры. Они обвинят ее в измене только что вернувшемуся мужу, и что тогда будет с ней? - Майкл сжал руку в кулак. - Кроме того, я не хочу пробираться в комнату своей жены!
Тяжело дыша, он отвернулся от виконта, не желая больше говорить об этом. Не желая больше говорить о Мэган. Повисла пугающая тишина, но внезапно раздались покашливания виконта.
- Майкл... - начал было он, но Майкл задал свой вопрос.
Тихо, едва слышно.
- Она снова похудела?
Боль в его голосе поведала Генри больше того, что намеревался сказать стоявший перед ним мужчина. Подойдя к столу, он тихо поставил стакан на столешницу, разглядев однако кучу документов, в которых большими буквами были написаны "Судебный иск", "Бракоразводный процесс" и "Двоеженство". Так значит Сомерс не сидел сложа руки! Это немного обрадовало и успокоило Генри, который снова взглянул на сгорбленные плечи Майкла.