И внезапно Мэган ошеломленно застыла, поняв одну невероятную вещь. Она влюбилась в Майкла! Влюбилась в этого сложного человека, которого боялась никогда не понять. Влюблялась постепенно, незаметно, но так крепко, что пути назад уже просто не было. Это было так невероятно. Она ведь не стремилась к этому. Они оба даже думать не думали о любви. Как такое могло произойти?
И как она могла этого не заметить? Ведь однажды она уже любила. Почему тогда не распознала симптомы? Почему не сразу поняла, что это такое? В Джорджа она влюбилась почти сразу. Он покорил ее с перовой встречи. А с Майклом всё происходило иначе. Он медленно проникал в ее сознание, стал заполнять мысли, заставлял постоянно думать о нем, переживать за него. Он решительно шёл по тропам, о существовании которых она даже не подозревала, и которые вели его к ее сердцу. Мало того, он делал это почти неосознанно. Так и не нарушив слово, данное в день свадьбы. Не касался ее, не дарил подарки намеренно, чтобы вызвать симпатию. Но, даже не смотря на все это, она полюбила его! И это чувство было таким сильным, что уже ничто не могло бы изменить этого.
Невероятно, но она любила его! Действительно любила. Всем сердцем и душой.
Мэган внезапно ощутила такую свободу, что закружилась голова. Вот что всегда тянуло к нему! Вот что мучило ее всё это время и вызывало сумасшедшую тоску по нему. Как странно, что даже Джордж не мог вызвать в ней все те сложные и острые чувства, какие вызывал Майкл. Его мимолетные прикосновения. Робкие улыбки. Странные, а порой и такие необходимые слова, тихие беседы. И откровения, которые он поведал ей. Доверие, с которым он поделился с ней своей болью. Его забота о ней... Мэган вдруг ощутила непреодолимое желание поцеловать его. За все это. И без причин. За то, что он просто смотрел на нее. И позволил ей быть частью его жизни.
- Мэган, ты меня слышишь? - уже по-настоящему забеспокоившись спросил он, пристально глядя на нее.
Господи, его глаза! Самые добрые, самые красивые и самые зеленые глаза на свете! В них можно было смотреть вечно. Он был так близко. Так безумно близко!
Мэган подняла руку и тихо велела:
- Не шевелись. - Майкл удивленно замер. Тогда она коснулась пряди золотистых волос и с небывалой нежностью убрала ее с широкого лба. На этот раз она просто не смогла устоять, потому что это было выше ее сил. - Так лучше.
Затаив дыхание, он потрясенно смотрел на нее. Видимо, не ожидал, что она сделает нечто подобное. Ведь она никогда не касалась его. Они условились быть сдержанными и рассудительными. И всё же... Мэган улыбнулась ему, понимая, что отныне ей чаще нужно касаться его. И чаще улыбаться.
- Что ты делаешь? - ошеломленно спросил он, будоража ее своим взглядом.
- Добро пожаловать домой, - сказала она, игнорируя вопросы. Сейчас вопросы уже были неважны. Сейчас имел значение только Майкл. Его взгляд. И его объятия. - Я ждала тебя...
Никогда прежде за всю свою жизнь Майкл не был потрясен так, как в эту секунду. Ему казалось, что он впервые видит Мэган. Впервые видит голубые глаза, глядящие на него с такой будоражащей, безудержной нежностью, что болезненно сжалось сердце. Все эти полгода он не мог забыть эти глаза, наполненные слезами. Слезами по нему. И по его умершей сестре. Никто не знал о его боли, и никому бы в голову не пришло плакать по незнакомой девочке, которая погибла от руки жестокого насильника. И никто бы не стал плакать по мальчику, на руках которого умерла обожаемая сестра. А Мэган заплакала. Мэган! Его жизнь! Его любовь.
Майкл был потрясен ее откликом. Тем, что она осталась и выслушала его. А потом он ощутил безграничную благодарность к ней за то, что она не ушла. Не оставила его одного с болью и воспоминаниями. Она и не представляла, как это было важно для него. Он не думал, что может любить сильнее, но в ту ночь Майкл обнаружил в себе опасную слабость и отчаянную потребность признаться ей в своих чувствах. Опасные мысли, которые следовало забыть. Но он не мог.
Теперь она знала о нем все, вернее почти все, но продолжала ждать его?
И ее ласковое прикосновение. Оно перевернуло всю его душу. Майкл не мог дышать, не мог говорить. У него было такое ощущение, будто кто-то снова с силой ударил его обухом по голове. Как это было в тот день, когда он впервые увидел ее у дверей собора Святого Павла. Только теперь весь свет и всё счастье, которыми сияли тогда ее глаза, было направлено на него.
Словно еще больше дурманя его, она снова улыбнулась ему.
- Ты ничего не хочешь мне сказать?
Боже, ее улыбка! Ее слова... Неужели она ждала его? У нее была такая искренняя улыбка, что невозможно было усомниться в этом. Но как так?
- Майкл?
Улыбка не сходила с ее губ. Губы, о которых он мечтал столько лет! Которые мог бы целовать вечно. Он мог бы так много сказать ей! Так много рассказать! Но она была не готова к этому. И возможно, никогда не будет готова.
"Я не променяю Джорджа"...
Он должен был напоминать это себя всякий раз, чтобы суметь сдержаться, но в последнее время сдерживать себя было так трудно. В последнее время она так незаметно проникала ему в кровь, что это стало очень опасно. Она излучала тепло, к которому он стремился, которое искал одинокими холодными ночами в Лондоне, пока не понимал, что найдет это только в доме без названия. Но снова оказавшись рядом с ней, Майкл сознавал, какое искушение видеть ее рядом и не иметь права коснуться ее. Как можно было не желать ее и не ощущать оглушительной любви к ней, когда она была так близка?!