Мэган понимала, почему он так говорил. И не смогла сдержать очередных слез.
- Как я буду отдыхать? - Мэган сокрушительно покачала головой. - Как я смогу отдохнуть? Без тебя...
- Тебе нужен отдых, любовь моя. Как и нашему ребенку. - Он опустил руку и положил ладонь ей на живот. - Не говори о нем никому. Даже слугам. Не говори никому, пока я не придумаю, как нам выбраться из этого положения.
Они оба понимали, что теперь ни их любовь, ни тем более ребенок не будут законными. Возможно, придется что-то потерять, от чего-то отказаться. Оба безумно боялись этого и не могли произнести роковые слова вслух, потому что никто из них не заслуживал того, чтобы стоять перед таким выбором.
- Я никому не скажу, - пообещала Мэган, укрыв дрожащей ладонью его руку. - А ты береги себя и пообещай, что скоро вернёшься. Вернёшься к нам.
Майкл не мог дать ей такого обещания. Теперь у него не было права даже находиться с ней в одной комнате. Он лишь мягко поцеловал ее в лоб и отстранил от себя. Он давно привык к боли, а вот ее должен был уберечь от предстоящих испытаний. Она не должна пройти через подобные мучения. Она не заслуживала этого. Он не позволит этому случиться.
- Береги себя, - прошептал он, отпустил ее, развернулся и быстро вышел из комнаты, боясь обернуться.
Боясь, что у него не хватит сил покинуть ее. Но он сумел это сделать... Ради них обоих.
<p>
***</p>
Он сидел в своем кабинете, положив локти на стол и закрыв лицо руками. Майкл почти ничего не чувствовал, пытаясь хоть как-то дышать. Даже в страшном сне ему не приснился бы такой день. Самый счастливый день его жизни обернулся настоящим кошмаром. Ребенок, который должен был принести в его жизнь безграничное счастье, мог стать беспризорником, незаконнорождённым. У него могли отнять Мэган. Его жизнь на этот раз развалится на столько частей, что потом он ни за что не сможет собрать даже обломки.
У него не было абсолютно никакой возможности предотвратить катастрофу.
Господи, сейчас было бесполезно всё, чего он добился, что нажил и чем владел! Майкл едва сдерживался от того, чтобы не зарычать. На весь мир, на Бога, который отнял у него мать, отца, Дебби, а теперь пытался забрать ещё и Мэган. И их еще не родившегося ребенка!
Внезапно дверь отворилась, и кто-то тихо вошёл в кабинет. Майкл не желал никого видеть, но по шаркающей походке понял, кто пришёл к нему. Он не сдвинулся с места до тех пор, пока бабушка не обхватила его голову и не прижала к своей груди.
- Милый, - прошептала она, поглаживая его растрепанные волосы.
Майкл вдруг обнаружил, что задыхается. Он не мог дышать. У него кружилась голова от удушающей боли в сердце. Он зажмурил глаза и беспомощно прижался к ней.
- Бабушка.
У него был такой хриплый, наполненный такими страданиями голос, что Хелен не выдержала и заплакала.
- Ах, Майки, почему ты не полюбил какую-нибудь обычную девушку из обычной семьи?
Майкл незаметно покачал головой, продолжая прижиматься к бабушке.
- Ты ведь знаешь, что мне не нужна другая.
Бабушка горько улыбнулась сквозь слезы.
- Знаю, милый. Иначе это был бы не ты. - Хелен отстранила от себя внука и заглянула в его потемневшие от боли глаза. - Что ты будешь делать, Майки?
Майкл не представлял, как ответить ей.
- Не знаю. - Он на секунду прикрыл глаза, пытаясь дышать. - Я должен встретиться со своим поверенным. Мне нужно хоть что-то сделать, иначе я сойду с ума.
Хелен с безграничной любовью погладила его по щеке.
- Ты никогда не был безумным, Майки.
- Я не могу потерять ее, бабушка, - сокрушенно выдохнул Майкл, ощущая, как сжимается всё внутри. - Я не могу потерять Мэган...
- Ты не потеряешь, - убежденно заявила она и улыбнулась ему, в очередной раз являя ему силу своего духа, которым он всегда восхищался. - Ты прошёл через такие испытания, какие остальные не смогли бы даже начать. За это ты получил Мэган. И своего ребенка. Сейчас тебе предстоит пройти ещё одно, последнее испытание. Ты справишься, милый, я знаю. Борись за нее. Борись за вас, за ваше счастье. И не переставай надеяться. Не смей терять надежду, слышишь меня?
- Я не смогу жить без неё.
Хелен проглотила ком в горле, глядя на убитого горем внука. У нее разрывалось сердце за него и за Мэган. За этих потерянных, одиноких существ, которые наконец-то обрели друг друга. Особенно сейчас.
- Тебе и не нужно жить без нее, - сказала она, стараясь не показывать Майклу то, как тяжело и больно ей. - Сражайся за неё, сражайся так, как не делал этого до сих пор. Пусть предыдущие битвы покажутся тебе лишь подготовкой к самой главной. Вложи в это всю свою силу и упорство. И свою любовь.
Внезапно Майкл понял, что ему нужно делать. И как можно вести битву, о которой говорила бабушка. Он медленно встал и заглянул в глаза бабушки, которая всегда была рядом и помогала ему тогда, когда ему казалось, что уже ничего не исправить, ничто не вернуть. Которая давала силы жить даже тогда, когда он считал, что потерпел окончательно поражение. Сейчас он не имел права на проигрыш! Не имел права на ошибку! Как же ему повезло, что у него была эта удивительная женщина!
- Я люблю тебя, бабушка! - прошептал он, крепко обняв ее. Майкл вдруг ощутил слабую, но надежду. Надежду на то, что сможет удержать Мэган. Сможет выступить против целого мира, многовековых законов, и удержать ее. - Я сделаю всё возможное, чтобы вернуть Мэган. Только позаботься о ней, пока я не вернусь.
- Будь спокоен. Я не позволю этому... Уиксли причинить ей вред.