Да и чего им стесняться-то было? Феодальная междоусобица, церковь лютует, войны сплошь, то Столетняя, то ещё какая, аристократы тоже далеко не все благородством блистают. И грабили они, и убивали, и вот таких, как семейка Плио, нанимали тёмные делишки обделывать. А «артистам» что? Они же не в театре у Шекспира в Лондоне «на зарплате сидят», а сегодня здесь, завтра там. Так что не верю я в слезливые рассказы про тяжёлое детство и нелёгкую долю, я таких рассказиков сам могу два тома надиктовать, наслушался в КПЗ и на пересылках.
Но ничего такого я говорить не стал, лишь кивнул чуть, типа, понимаю и сочувствую. Мне бы только петли с рук и ног снять, да до нежной шейки этой сучки дотянуться. А уж если в руки что острое или тяжёлое заполучу, то мне и громила не страшен, я в его туше дырок наделаю больше, чем в дуршлаге.
Баронеска, тем временем, опять замолчала, о своём думая. Я же смотрел то на неё, то на Архипа, то на Нюрку, тварь такую, которая наверняка тоже в деле, иначе зачем она меня к себе притащила? Но больше всего меня притягивала склянка с неведомой жидкостью. Если это и впрямь зелье Прорыва, то у меня наклёвывается реальный шанс соскочить с крючка. С какого? А со всех разом!
Я почему до сих пор отсюда не свинтил? Потому что повязан по рукам и ногам, и не Нюркой или Плио, а всякими Кудеями и Барбашиными. Сначала Меткой пугали, теперь угрозой опять на жертвенном алтаре оказаться. Типа, несмышлёныши мы, глупенькие, ошибок можем наделать. А на самом-то деле, чего они все хотят? Чтобы мы у них служили, вот! Сами сказали, что тут людей мало, и тут мы такие нарисовались, да ещё и магами вскоре станем. Вот, что главное! Не «магами станем», а «вскоре». Скоро только кошки родятся, а магами становятся за несколько лет. И эти годы мы будем с хозяйских рук есть и пить, будем у Барбашина в доме жить. Когда стану я магом второго или третьего уровня, у меня от такой жизни уже и семья образуется. А что, вон, Тёмыч со своей Марфой уже на второй день познакомился, а через неделю о свадьбе заговорил. И меня тоже какая-нибудь Марфа охомутает, та же Нюрка. Заявит, что залетела от меня, и всё, пожалуйте в стойло…
— Ну, Игорь Игоревич, пора вернуться к делам, — очнулась от своих дум Далия. — Надеюсь, вы не против.
Мля…
Глава 24
Аарон Борухович Герцман
Ну, навалилось. Это я не к тому, что жалуюсь, а совсем даже наоборот. Расписание составилось как-то само собой, занятия шли плотно. С утра обязательная разминка с дружинниками князя Барбашина, работа с холодным и огнестрельным оружием. Два раза в неделю нас вывозили за город и учили верховой езде. Не скажу, что мы сравнялись в этом искусстве с местными кавалеристами, но с каждым занятием у меня прибавлялось уверенности, что я не свалюсь с седла, едва туда взобравшись. Хотя, какой-нибудь казак, наверное, со смеху бы помер, глядя на мои потуги.
Потом учёба у Кудея, который с нас просто не слазил, заставляя повторять одни и те же действия с маной до тех пор, пока они не получались на отлично. Крыгина бесилась, кричала и ругалась, но делала это в отсутствие наставника. Наверное, просто пар спускала.
Я бы и сам не против расслабиться, но как? Напиться? Так завтра опять с утра тренировки, и никто не позволит проспать до обеда или похмелиться. Наоборот, начнут интенсивнее гонять, как Игорька три дня назад. Он умудрился вечерние занятия пропустить, а на следующий день заявился только к ужину, с запахом перегара и фингалом под глазом. Ему никто слова не сказал, но нагрузку увеличили чуть не вдвое, доведя парня до рвоты и потери сознания. В первый раз увидел, как человек просто падает и встать не может, даже когда его кнутом по заду протянули пару раз. Думаю, урок пошёл впрок всем, даже Великая уменьшила громкость своих претензий.
К полудню нас отпускали на обед, после которого давали немного отдохнуть. Лично я в этот момент засыпал, а вот Сорокин и, как ни странно, Гараев, садились медитировать. Иногда к ним присоединялась и блондинка, но это случалось не каждый день.
После обеда становилось полегче, потому что Кудей уходил с подворья по своим делам. И всё же, в первые дни я засыпал раньше, чем успевал на подушку голову опустить. А потом, как ни странно, втянулся. Да, по-прежнему уставал, но организм начал привыкать. Наверное, по сравнению с теми же дружинниками, нас не так уж и сильно гоняли, а в магии мы дальше азов ещё не заходили.