— Цел нос! Не сломан!
На что физрук шикнул на неё, указав на погружённого в раздумья наставника. Каринка понятливо кивнула и глазами показала на выход. Я в ответ ткнул пальцем в сторону Вершинина, на что блондинка лишь махнула рукой, и пошла к едва держащейся на своём месте двери. Физрук пожал плечами и последовал за ней, ну и я решил не отрываться от коллектива.
Вышли в коридор, огляделись. Рядом никого не было, в зале раздавался шум голосов и пиликанье скрипки. Веселье продолжалось.
— Что там у вас случилось? — хмуро спросил я Крыгину.
— Сама в шоке, — округлила та глаза. — Сначала вроде нормально всё шло, а потом Игорёк эбсолютли крэйзи стал.
— С чего бы это?
— А я знаю⁈
— Должна знать, — продолжил я допытываться до правды.
— Да что ты ко мне пристал, Валерик?
Ну, точно, она виновата. Я уже заметил, что если Каринка переходит на уменьшительные имена, то это знак. Чует кошка, чьё сало съела, вот и пытается святую невинность на мордочке состряпать. Не на того напала, лиса!
— Эй, боец, хорош на неё наезжать, — попытался урезонить меня Гараев. — Скажи спасибо, что всё обошлось.
— Это у тебя всё обошлось, — огрызнулся я, сверля взглядом блондинку. — Ты теперь маг первого уровня, поздравляю…
— Что, правда что ли? — Крыгина радостно кинулась физруку на шею. — Ой, Андрюшенька Владимирыч, я так за вас рада!
— Слезь с него, дура! — зашипел я, оглянувшись на проход, в котором появилась фигура официанта.
— Ой, Валерик…
— В лоб дам, если скажешь, — пообещал я, предупреждая ненавистное «душный». — Чего ты на каждом мужике виснешь-то, а? Забыла, как тут слухи быстро расходятся? Оно тебе надо?
— Зануда ты, Проц, — отлипла от «эльфа» волшебница. — Я что, земляка поздравить не могу?
— Завтра Кудей нам устроит «поздравление», — пообещал я. — Забудешь, как маму звали. Съагрился он на нас сегодня конкретно.
— Думаешь? — с опаской оглянулась на дверь Великая. — Не, ну а чего? Мы же просто отдохнуть хотели. Зато товарищ учитель у нас чемпионом стал! Радоваться надо. Александр Владимирович, расскажите, как ощущения?
— Да я и сам пока толком не разобрался, — признался слегка напыжившийся Гараев. — Ты же помнишь, Кариш, у меня в магию только-только получаться стало, и вдруг… Но классно! Ману ощущаю, без всякой медитации, прикиньте? Почти никаких усилий не надо, чтобы…
Он вытащил из кармана шарик, из тех, которые раздал нам Кудей две недели назад для освоения практической магии, и подбросил его в вверх. Шарик завис в полумраке коридора, «эльф» раскрытой ладонью направил его сначала вправо, потом в лево, и заставил опять опуститься в руку.
— Вот, как-то так, — выдохнул он, отдуваясь. — Конечно, над контролем ещё работать надо, и силёнок бы набрать, но это уже мелочи. Главное, понятно теперь, куда двигаться.
— Ку-ул! — прошептала блонда. — Я тоже так хочу!
В коридоре забухали сапоги, залязгало железо. Из зала в нашу сторону шёл руководитель Сыскного Указа, а с ним ещё с десяток вояк, обвешанные броней и оружием. Скрипка в зале издала прощальный скрип и стихла, словно туда вошёл товарищ Жиглов в исполнении Высоцкого, и внушительно показал ладонями музыкантам, что всё, телепузики, баста!
Мельком взглянув на нас, вождь скрылся за дверью, оставив снаружи караул и сопровождавшего их Герцмана. Я присмотрелся к гонцу, пытаясь найти на его лице досаду, что его вот так отстранили от самого интересного, но ничего не нашёл. То ли экс-политик держал покерфейс, то ли действительно не желал влезать в это дело слишком глубоко.
Проводив босса, он кивком предложил нам убраться из коридора, в котором стало слишком тесно, и мы пошли обратно в зал. Там, в традициях «маски-шоу», стояли трабукеры со своими базуками наизготовку. Стволы хоть и были направлены в потолок, но горящие фитили ясно давали понять быстро трезвеющим посетителям, что шутки кончились, и тут «работает ОМОН», причём, в варианте «ща всех мордой в пол положим, и хорошо, если живыми». Хардкор, да и только. Рожи у «омоновцев» были решительные, встреть я такую в подворотне, отдал бы все бабки и радовался, что целым остался. Сейчас же радовало, что многих из них я знал лично, и они меня тоже помнили, я даже кивнул на парочку приветственных кивков.
Провожаемые взглядами публики, персонала и служивых, мы сели за свой стол. Спиртное пить никто не стал, зато обнаружился почти полный кувшин холодного кваса, который мы разлили по кружкам.